— Все, о чем ты мог думать, — это я? — в ее голосе снова прозвучало недоверие, но на этот раз более глубокое, не резкое, но все же почти болезненное.
Гаррет потянул ее руку к своему бедру, прежде чем ответить:
— Да.
Больше Шер ничего не сказала.
— Ладно, детка, — осторожно начал он, — я рассказал это, поскольку раз мы начинаем между нами нечто новое, тебе нужно было это узнать. И ты должна понять, что когда мы с Мией обсуждали ситуацию, мне пришлось задуматься над историей. И вывод такой: я поимел ее. Я разрушил наши отношения с ней, чтобы положить всему конец, поскольку в моей голове творилось такое дерьмо, с которым я не знал, как разобраться.
Но я причинил ей боль. Потом все вышло из-под контроля, и она приняла в этом непосредственное участие. Но началось все с того, что я спалил дотла ее саму и наш брак.
Она хочет попытаться помириться. Мне нужно убедиться, что она понимает всю невозможность этого, чтобы и она, наконец, могла двигаться дальше. Еще мне нужно извиниться перед ней за то, что я испортил то, что у нас было, и что теперь мы не можем вернуть.
— Значит, тебе нужно с ней поговорить, — предположила Шер.
— Мне нужно с ней поговорить, — подтвердил он.
— Разговор Мии и Мерри, — пробормотала она.
— Пожалуйста, не надо, — прошептал он.
Гаррет снова почувствовал на себе взгляд Шер, но она ничего не сказала.
— Ты здесь, и, черт возьми, мне было бы очень больно, Шер, если бы ты сомневалась в моей уверенности относительно тебя. В таком случае я бы не стал просить тебя надеть такое платье, сесть в мой грузовик, чтобы испытать удачу. Я не хочу возвращаться к тому, чтобы вновь доказывать свои слова. И насколько я знаю, чтобы не испортить еще одни отношения, необходимо с самого начала выкладывать все как есть.
Сейчас это касается Мии. Ты не можешь услышать это от кого-нибудь другого. А если честно? — Это был вопрос, но он не стал дожидаться ответа. — Я хочу, чтобы ты была со мной, когда я буду этим заниматься. Конечно не в момент разговора, сидеть рядом со мной напротив Мии. Но со мной в том смысле, чтобы после я мог прийти к тебе и рассказать в подробностях, как все прошло, чтобы, наконец, отпустить эту ситуацию.
Шер снова промолчала.
Он дал ей время.
Но она ничего не говорила
— Мы снова вернулись к тому, что я должен доказывать сказанное? — надавил он.
— Нет. — Ее голос был странным, у Шер он никогда его таким не слышал. Он был робким. — Я буду с тобой и выслушаю твой рассказ.
Слава богу.
И ей многого это стоило. Он знал это.
И был рад.
Управляя машиной, Гаррет поднял их сплетенные руки, проведя губами по костяшкам, чувствуя, как ее пальцы сжимают его слишком крепко.
Он опустил их руки обратно на бедро, посмотрел на Шер и сказал:
— Спасибо, кареглазка.
— Не упоминай об этом, — пробормотала она.
Гаррет снова посмотрел на дорогу.
— Мне придется завалить эту сучку? — спросила она.
Драка Шер и Мии.
У Мии не было ни единого шанса.
Гаррет усмехнулся, глядя на дорогу.
— Нет.
— В гримерке стриптиз-клуба все может быть далеко не так спокойно, красавчик. Все эти сучки воруют тени для век, парней и все что угодно. Это было ужасно. Так что если она продолжит присылать тебе фотографии и нести всякую чушь, и ты вдруг почувствуешь необходимость устранить ее, просто позвони. Я тебе помогу.
— Приятно знать, что ты меня прикроешь.
Она шутила.
Но услышав ее следующую фразу, Гаррет понял, что она не дразнится:
— Ты помог мне, и я отплачу тем же. Всегда, Мерри.
Гаррет поднял ее руку и снова поцеловал.
На этот раз ее пальцы не были слишком крепко сжаты, но и отпускать его не торопились.
Когда он прижал ее руку к своему бедру, Шер спросила:
— Это все?
— Все.
— Не появится никакая другая школьная подруга, с которой мне придется разобраться?
— У меня не было школьной подружки, — ответил Гаррет.
— О, — пробормотала она.
— У меня их было семь.
Гаррет услышал ее вздох, прежде чем она продолжила бормотать:
— Почему это меня не удивляет?
Он улыбнулся, глядя на дорогу.
— Хочу заметить, — начала Шерил, — ты уже знаешь, что мой мальчик достаточно взволнован, чтобы посылать тебе сообщения, выдавая себя за меня. Но когда я сказала маме, что мы идем на свидание, она исполнила дурацкий танец.