О Боже.
Я ничего не смогла скрыть.
Он знал.
— Мерри, — прошептала я.
Он наклонил голову и провел носом по моей щеке, его губы были на расстоянии вдоха, а голубые глаза стали для меня целым миром.
— Хочу поцеловать тебя, — прошептал он в ответ.
Боже, Боже… Мерри.
— Тогда поцелуй меня, малыш.
Я потеряла его из виду, когда он наклонил голову и поцеловал меня.
Он не был жестким, грубым и требовательным, не заставлял меня следовать его желанию.
Но и не был он мягким, сладким и трогательным, не превращал наш прекрасный поцелуй в излишне нежный.
Поцелуй стал долгим, глубоким и чувственным — идеальное завершение идеального свидания с идеальным парнем.
И когда Мерри поднял голову, я поняла, что он намерен продолжать это идеальное свидание. Поскольку он отпустил меня из своих объятий, взял за руку и, не говоря ни слова, повел в сторону коридора, который выходил из его гостиной.
Я последовала за ним по коридору и вошла в темную комнату. И немного пройдя я остановилась, как он отпустил мою руку.
Мерри наклонился, чтобы включить свет, но я не замечала ничего вокруг.
Я увидела кровать, и это было все, что требовалось.
Он повернулся ко мне и снял пиджак своего темно-серого костюма, оставшись в голубой рубашке.
Я знала, что ему дать. Я знала, чего хотят мужчины. И знала, как действовать, чтобы увлечь его за собой. И я знала это куда лучше всех.
Я прекрасно умела это — отдавать.
Поэтому, когда Мерри коснулся верхних пуговиц своей рубашки, я перехватила его взгляд и положила руки на бедра, запуская пальцы под платье.
Как только я это сделала, Мерри убрал пальцы с рубашки и сделал единственный шаг, который был ему необходим, чтобы оказаться ко мне вплотную.
— Нет, детка, — пробормотал он.
Опять…
Нет?
Он положил руки мне на талию и скользнул ими вниз, прошептав:
— Ты не могла надеть такое платье и заставить меня просидеть весь ужин напротив тебя, а потом лишить возможности самому снять его с тебя.
У меня перехватило дыхание, и я почувствовала, как между ног стало влажно.
Может, я и знаю, как сделать приятно.
Но Мерри знал, как сделать это еще лучше.
Он провел руками по моему телу, не сводя с меня взгляда. Затем наклонился.
Мой рот приоткрылся в ожидании, но его губы лишь мимолетно коснулись моих, после чего он провел ими по моей щеке и подбородку. Он прикоснулся языком к моему уху, вызвав дрожь во всем теле, после поднял голову и поймал мой взгляд.
Мерри неотрывно наблюдал за мной, проводя руками вниз по моей талии и ниже к бедрам. Он немного приподнял и сжал шелковистую ткань, чтобы вместе с его рукой она скользила по моим ногам.
по моей талии и бедрам.
О Боже. Это было приятно. Настолько хорошо, что мне приходилось держаться изо всех сил, чтобы не упасть.
Поэтому я решила сосредоточиться на чем-нибудь другом, поэтому подняла руки к пуговицам его рубашки.
Мерри снова наклонился и подарил мне короткий глубокий поцелуй.
Я расстегнула одну пуговицу и уже приступила к следующей, когда он поднял мое платье до самых бедер.
И расстегивая следующую пуговицу, я уже тяжело дышала. Тогда он переместил свой рот мне на шею, а руки завел назад под подол платья, который уже был выше моих бедер. Затем он опустил руки вниз и обхватил мою задницу, одновременно прикусывая мою кожу.
О да.
Еще лучше.
Я оставила пуговицы в покое, потому что выбора у меня не было. Ноги подгибались. Я запустила руки под его рубашку и прильнула к нему, прижавшись грудью.
Его губы слегка коснулись моего уха.
— Подними руки, Шери.
Я разжала пальцы и подняла руки.
Мерри отступил назад и медленно потянул платье вверх до конца, обнажив меня практически полностью — на мне не было бюстгальтера, только черные кружевные стринги.
И отбросив платье в сторону, Мерри посмотрел на меня. Руки его вернулись к моему телу, скользя вниз и блуждая, где вздумается.
Боже, ему даже не нужно было прикасаться ко мне.