Он пошел на выход, но дойдя до Рокки, остановился и поцеловал ее в щеку.
Рокки приняла это, а когда Трипп спустился по лестнице, посмотрела на мужа, вставшего с дивана. Затем она перевела взгляд на его сына, который делал то же самое.
После этого, не говоря ни слова, его жена спустилась по лестнице, оставив Лейна с Джасом.
Он повернулся к своему мальчику.
— Ты подставил меня, приятель, — заявил Лейн.
Голова Джаса дернулась, и он резко остановился.
— Что? — спросил он.
— Ты всегда знал, чего хочешь. И нашел желаемое. Заботился о ней. Поступал с ней правильно. Влюбился в нее. Не торопился, чтобы добраться до нужной точки. У тебя все в порядке. У Киры — тоже. А теперь ты уходишь. Это значит, что я не мог делать то, что должны делать отцы. Не мог дать отцовский совет. Никаких предупреждений. Никаких наставлений. Ничего.
Джаспер усмехнулся.
— Ничего, кроме любви и гордости, — добавил Лейн.
Ухмылка Джаспера померкла, и он устремил на отца пристальный взгляд.
— Ты и твой брат — лучшие сыновья, на которых только можно надеяться, приятель. Люблю тебя и так чертовски горжусь тобой, что даже больно, — закончил Лейн.
Джаспер двинулся к нему. Лейн обхватил сына за шею и притянул его к своей груди.
Джас обнял отца.
Он сжал шею Джаспера.
Джас ударил его по спине.
Они отпустили друг друга. И оба прочистили горло.
Потом Лейн сказал:
— Давай отвезем тебя в церковь.
Женщина склонилась к его руке, и он почувствовал ее губы у своего уха.
— У нас проблема, — прошептала Рокки.
Да, у них была проблема.
Мать мальчиков сидела на их скамье.
Из-за ее поведения отношения с обоими сыновьями были натянутыми, и так было уже много лет. Ее пригласили, потому что Джаспер был хорошим человеком. И как бы ни были натянуты отношения с его матерью, он был хорошим сыном и хотел, чтобы она присутствовала.
Но Габби не нравилось сидеть на скамье с бывшим мужем, которого она ненавидела, и его женой, которую она ненавидела тоже, и, будучи собой, она не скрывала этого.
Это выводило Лейна из себя.
А еще его мать, Вера, которая сидела на скамье за Габби и враждебно смотрела на нее.
Девин крепко сжимал руку Веры в своей, что указывало Лейну на то, что Вера сказала что-то такое, что заставило Девина почувствовать необходимость сдерживать ее.
А Лейн не хотел драки на свадьбе своего сына.
Он оглянулся через плечо, чтобы убедиться, что Девин сдерживает свою женщину.
Девин бросил на него взгляд, а затем свободной рукой потянулся в карман смокинга и достал фляжку.
Он отвинтил ее одной рукой и сильно дернул.
Вера повернулась, пока он это делал, и тихонько воскликнула:
— Девин!
Его наставник, лучший друг, а теперь и отчим повернулся к матери.
— Если ты не будешь себя так вести, я не буду испытывать потребности в спиртном.
Вера хмыкнула и села на свое место, вновь устремив взгляд на затылок Габби.
Девин вернул фляжку в карман.
Лейн бросил взгляд на Габби, которая не обращала на них внимания (к счастью), и обратился к жене.
— Я понял, милашка, — пробормотал он.
— Я говорю не о Габби, — прошептала она в ответ. — Мы все привыкли к Габби. Я говорю о том, что и Сиси, и Бэл неравнодушны к Джеку Колтону.
Лейн посмотрел на двух своих дочерей, сидящих на соседней скамье.
В данный момент ни одной из его малышек не было дела до Джека Колтона. И Сиси, и Бел не сводили глаз с двери церкви, откуда, как они знали, очень скоро должны были выйти их братья.
Они готовились к знаменательному дню Джаспера.
В этом не было ничего необычного, и дело было не только в том, что девочки хорошо относятся к своему любимому старшему брату. Если они не ссорились, то делали друг другу прически, уделяя одинаковое время обоим занятиям.
Лейн не понимал этого.
Он и не пытался.
Рокки же понимала все.
Лейн должен был баловать двух папиных дочек.
Рокки должна была вырастить двух дочерей и поделиться с ними всем тем добром, которое было в ней.
Так что все получилось.
— Ни у кого из них, кроме Джека, в возрасте нет двузначного числа, Рок. Не уверен, что нам стоит беспокоиться об этом, — ответил Лейн, бросив взгляд на алтарь.
— Ладно, если ты так полагаешь, значит, ты не знаешь, что Энджи Каллахан тоже в него влюблена, — ответила она.
Черт.
Он посмотрел на жену. Поймав его взгляд, та подняла брови в невербальной форме: