— Мы — последние Рокки и Таннер в этом городе, — заявила она. — Последние Колт и Феб. Конец в их отношениях так и не наступил. Как не будет конца и нам.
— Если ты в это действительно веришь, тебе придется плохо, — ответил он. — А теперь иди домой.
Покончив с этим дерьмом, он повернулся и успел подняться на две ступеньки, как почувствовал, что она идет за ним.
Обернувшись, он посмотрел на нее сверху вниз и сказал:
— Слушай. Ничего не будет. Я сказал тебе идти домой, и повторил свои слова неоднократно. Я говорил тебе, что между нами все кончено. И что тебе здесь больше не рады. Если ты пойдешь за мной по этой гребаной лестнице, я захлопну дверь у тебя перед носом. Будешь стучать, и я не стану церемониться, Миа, я открою дверь, надену на тебя наручники и арестую за домогательство.
Он смотрел, как увеличиваются ее глаза.
— Я собственноручно отвезу тебя в управление, — продолжил он. — Зарегистрирую тебя и выдвину обвинения. И не буду с тобой возиться. И если я все это проверну, твой мужчина в Блумингтоне узнает, что ты приехала ко мне. Все узнают, в каком положении мы с тобой находимся, а именно: я сделаю публичное заявление, которое сейчас пытаюсь сделать в частном порядке. С нами… — он слегка наклонился к ней. — Покончено. А теперь не заставляй меня делать из тебя дурочку. Я не получу от этого удовольствия. Но я, черт возьми, все равно сделаю это.
Он не дал ей и шанса отреагировать или ответить. А просто поднялся по оставшимся ступенькам, подошел к своей квартире и вошел внутрь. И закрыл за собой дверь.
Гаррет снял пиджак и повесил его на спинку стула в столовой.
Мия не постучала.
Наконец-то она поумнела.
На всякий случай он достал телефон и проверил его.
От Шер ничего.
Сжав губы, он вернулся к куртке, чтобы достать пачку.
Ему нужна была сигарета, потому что Миа лезла к нему, а Шер — нет, и у него не было сигареты с тех пор, как он остановился на обед в Браун-Каунти.
Осенняя листва была феноменальна.
Но он жалел, что не наблюдал за этим из своего грузовика вместе с Шер и Итаном.
Шер
Поздний субботний вечер
Была почти полночь, когда я сделала звонок.
Я пребывала в бешенстве. Мне нравилась песня «Ты не давала мне спать всю ночь напролет». (Да и кто вообще ее не любил?)
Но мне не нравилось, что она играет всю ночь напролет, когда я и мой ребенок должны спать.
Я включила лампу, взяла телефон и позвонила по прямой линии, которая соединяла напрямую с диспетчером полицейского управления Браунсбурга.
— Полиция Браунсбурга, говорит Джо. Чем могу помочь?
— Джо, это Шер, — сказала я ей.
— Привет, девочка, — поприветствовала она. — Все в порядке?
— Теперь я понимаю тактику правительства в отношении Норьеги, когда его пытались свести с ума роком, — поделилась я.
— Черт, еще одна вечеринка? — спросила она.
— Ага, — ответил я.
— Я попрошу кого-нибудь приехать, — сказала она мне.
— Буду очень признательна, детка. В твой следующий визит в бар, первое пиво за мой счет.
— К сожалению, мы не можем принимать взятки, Шер, — сказала она с едва заметным весельем. — Ведь, насколько ты знаешь, разбирательства с нарушением тишины — это часть работы полицейского.
— Приятно слышать, — пробормотала я, хотя действительно была в курсе. И предлагая «взятку» просто пыталась быть вежливой. — Увидимся в баре.
— Да, подруга, до встречи.
Она повесила трубку.
Я погасила свет.
Через десять минут музыка затихла.
Я не взяла телефон, чтобы поделиться всем этим с Мерри. Я не написала, что хотела бы, чтобы он был рядом, потому что если бы он был здесь, то не пришлось бы звонить Джо в диспетчерскую. Он бы сам с этим разобрался. А если все соседи будут знать, что на их участке находится полицейский, то даже самые дрянные из них будут вести себя прилично или просто уедут, и все будет хорошо для меня, моего ребенка… и Мерри.
Нет, я даже не стала просто писать этого, чтобы потом удалить.
Я закрыла глаза, и ушло какое-то время, прежде чем я смогла погрузиться в сон.
Воскресное утро
Звуки донеслись до меня, когда я находилась в ванной, заканчивая причесываться.
Это было за полчаса до того, как нам нужно было уходить, чтобы я успела завести сына к матери и попасть на работу.
Не вовремя.
Из предупреждений Райкера я знала, что мне следует просто все игнорировать.
Но если бы я сделала звонок, как следовало, то Колт и Мерри поняли бы, что в моем квартале творится какое-то дерьмо. Они оба (по крайней мере, я считала, что Мерри тоже обеспокоился бы) вмешались бы.