- Она сильная. Лана Мария Миллс, быстро закончила пугать мать, - Реджина поглаживала живот, но болевые спазмы не прекращались. Она уже хотела согласиться на больницу.
- Что делать, Реджи? - Оливия держала руки на животе подруги и пыталась успокоить Лану, говоря, что всё хорошо, что нужно успокоиться.
- Что случилось? - Свон не пошла в гостиницу. Она не хотела, чтобы эти городские стены на неё давили. Она отошла от подруг и спустилась на нижнюю линию набережной, прямо к воде, но услышала голоса Реджины и Оливии, беспокойные. И, не задумываясь, блондинка поднялась бегом по лестнице и тут же присела перед Реджиной на корточки, отодвигая при этом испуганную Ревейру. Свон, как и обычно, положила руки на животик, понимая, что Лана разбуянилась.
- Мне больно, она как будто решила выпрямиться там, - Реджина начала успокаивающе глубоко дышать, - Лана, папочка здесь, успокойся, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
- Лана, девочка моя, я здесь. Папочка рядом. Не пугай меня, слышишь? - Эмма губами прикоснулась к животу через тонкую ткань платья и стала шептать успокаивающие слова и гладить животик одной рукой. Ревейра стояла в двух шагах от девушек и видела, как Лана на глазах успокаивается, как Реджина уже не корчится от боли, и её дыхание становится равномерным. Оливия отчетливо понимала, что нужно её подруге. А вернее кто. Но вот только она знала Реджину, её страхи, её холодность, её характер, а сейчас узнала и характер Свон. Она и представить не могла, как они смогут быть вместе, если вообще захотят. Ведь остров это одно, а город совсем другое.
- Ланита, зачем же было так пугать, - Миллс гладила животик рукой, - или тебе всегда нужна папочка рядом?! Спасибо, что вернулась и успокоила её.
- Это я виновата, что она разбушевалась. Прости меня, малышка моя… Лана, - Свон целовала животик и не переставала гладить его, - но я не могу тебе обещать, что буду всегда рядом. Тебе нужно привыкать к большой земле. Скоро мамочка улетит в Нью-Йорк, домой, там вам будет хорошо. Там тебя проверит дядя или тётя доктор, но ты их не бойся. Слышишь? Они хорошие, они помогут тебе появиться на свет. Мамочку больше не пугай, защищай её. Ты же сильная девочка. Ты столько всего пережила, но мама пережила больше, поэтому ты должна стать её защитницей. Всегда быть рядом, потому что тебя она хочет больше всего на свете. И знай, Ланита, на меня ты можешь всегда рассчитывать, но не нужно мамочке устраивать бои, чтобы я всегда была рядом. Береги маму, люби её и никогда не пугай, - Свон говорила так, как будто прощается и дает наставления.
- Эмма, ты всегда можешь пообщаться с Ланой, как сейчас, так и потом. Ты была с нами в самые сложные периоды, и я не имею права вас лишать друг друга, - Реджина говорила, как думала, хотя знала, что её малышка чувствует Эмму, но не знает её, и, когда она родится, на неё совершенно не повлияет отсутствие рядом Свон, а вот Эмма перенесёт сто процентов боли, так как очень любит ещё не родившегося ребенка.
- Спасибо. Мне это важно, - лишь на секунду посмотрев в глаза Реджины, сказала Эмма, а потом вновь вернулась к малышке.
Брюнетка выдохнула и прикрыла глаза, чтобы не заплакать. Она понимала, что дура, но… но не могла мучить ожиданием Эмму.
- Прости меня, но я не могу. Время не для нас.
- Ты отнимаешь у меня и время? – спросила, сглатывая, Свон, - окончательно? Ты точно не хочешь быть со мной рядом или хотя бы подумать? - Эмма предпринимала последние попытки, ведь она так не хотела расставаться.
- Я не хочу тебя мучить ожиданием и пустыми надеждами. Я не знаю, смогу ли я… - Реджина не знала, что говорить дальше, - нам лучше остаться друзьями.
- Я не буду тебе другом, - Свон не хотела быть другом, она хотела быть любимой, которой была на острове. Ведь она действительно чувствовала, что Реджина её любит. Но… Это был остров. Остров, на котором нет ничего, кроме Эммы. “Это была не любовь, это была благодарность”, - вдруг подумалось блондинке, и она, поцеловав ещё раз животик, встала на ноги, - я завтра улетаю в Нью-Йорк. Если Лане понадобится моя помощь - я всё сделаю. Для неё папочка достанет и звезду с неба. Тебе понятно, Реджина?
- Эмма, - Миллс оцепенела от этой холодности, но она понимала все чувства Свон, - я позвоню тебе насчет работы и, если хочешь, после врача.
- Позови меня на УЗИ. Я хочу увидеть малышку, - сказала довольно грубо Эмма, - а работу засунь в… Я найду на что и как прожить. И, пожалуйста, не нервничай больше. Лане это противопоказано. Подумай, прошу тебя, о ней!
- Я позвоню сразу, как только мне назначат УЗИ. Я больше не буду переживать, и мой ребенок будет в порядке, - брюнетка перешла на официальный тон, - а насчет работы подумай, это хорошее место и вообще не факт, что я буду твоим начальником, но тебя устроить сумею.
- Мне не нужна твоя помощь, - Эмма вновь присела к животику и поцеловала его, - я люблю вас. Ланита, просто знай. Папочка вас любит, - сказав, Эмма встала. Она больше не смотрела на Реджину. Глазами она нашла Оливию, которая стояла чуть поодаль от них и подошла к ней, - береги её и малышку, - сказав, Свон пошла, побежала быстрее отсюда, ведь эмоции застилали глаза, хотелось кричать, выть и просто орать от безысходности и боли.
- Малыш, мы справимся, я обещаю. Всё будет хорошо, и я сумею дружить с ней, - Реджина гладила животик и пыталась не выть от боли, которую сама себе причинила, ведь ещё меньше суток назад она считала себя самой счастливой женщиной на свете.
Оливия не подходила, прекрасно видя, как Реджине тяжело, но она держится. Как ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя, чтобы успокоиться, чтобы идти дальше. Ревейра поняла, что сейчас Миллс сделала выбор, тот выбор, при котором Эмма будет не с ней, и этот выбор подруги Оливия почему-то считала неправильным, но не могла давить на Реджину. Чуть ли не сразу, как ушла Свон, прозвенел звонок на мобильный Ревейры. По определителю Оливия поняла, что звонит Жозе.
- Алло.
- Это правда?! Они живы? Ты её нашла? Где она, как? - на том конце трубки мужчина не находил себе места, ведь ему сначала сообщили, что поиски завершены, но потом позвонили и сказали, что Свон и Миллс спасены.
- Да! - Оливия посмотрела на Реджину, которая гладила живот и смотрела на него, а после повернулась к ней спиной, - я говорила, что она жива. Нам сообщила мимо проходящая яхта. Если бы я не вела поиски, то они просто проплыли бы дальше, и они так и остались на острове. Но сейчас она здесь, на Таити, и с ней всё в порядке. Они выжили, Лестер, понял?
- Понял. Оливия, я хочу её увидеть. Я могу это сделать? Она согласится со мной поговорить? - Лестер очень переживал за этот момент.
- А ты как сам считаешь? - уточнила Оливия. Она не знала, может ли Реджина именно сейчас встретиться с Жозе, когда только-только рассталась с Эммой.
- Я не знаю, - было слышно, как мужчина выдохнул, - скажи ей, что я очень хочу её увидеть. Если она разрешит или позвонит, я сразу приеду.
- Хорошо, я передам, - сказала Оливия, - она хотела узнать, как с твоим контрактом в их фирме. Поэтому она свяжется с тобой.
- Буду очень рад её слышать. Она живет в той же гостинице, где и ты? - спросил мужчина, - я бы хотел сделать ей что-нибудь приятное.
- Приятное ей сделают в Нью-Йорке, - выдохнула Ревейра, - я передам, что ты хочешь поговорить, - сказав, Оливия повесила трубку и повернулась посмотреть на Реджину.
Реджина уже стояла и, продолжая поглаживать животик, смотрела на океан. Лана уже была спокойна, а вот сама Миллс чувствовала пустоту.
- Жозе звонил, - подошла Оливия, смотря внимательно на Реджину, - он уже знает.
- Хорошо, - сухо ответила Реджина, - пойдем обратно в гостиницу, я хочу отдохнуть.
- Ты в порядке? - Ревейра взяла Реджину под руку и повела обратно, в сторону гостиницы.
- Да, всё нормально, - Миллс смотрела себе под ноги.
- Ты не хочешь со мной поговорить? - уточнила Оливия.
- Оли, а что ты хочешь услышать?