Через два месяца будет аттестационная комиссия. Антон планировал всё сдать быстрее и мечтал стать командиром своего самолёта.
Петчинов впервые не хотел лететь. С утра, всё в норме и настроение и дома, в отпуск хотелось или пройтись по улочке, где детство прошло. Любимые яблони и содранные коленки. Захотелось пройтись, как говориться размять ноги. Но через салон не разрешалось ходить. Петр поднял с кресла, бросив второму пилоту.
-Я в туалет. Антон прислушался к переговорам диспетчеров и бортов.
-Командир послушайте. Петчинов обратно одел наушники. Борт вышел из зоны (Воронежской) башни.
-Внимание всем бортам! План 120. Всем приказ немедленно снижаться, садитесь. Ожидается возмущение электромагнитного поля. Помех и электромагнитного удара. Внимание немедленно садитесь. Как поняли?
Командир переключил связь на выход.
-Говорит борт 2471. Мы вышли из вашей зоны. Повторите. С (Ростовской) башни повторили.
-Внимание всем бортам! Всем приказ немедленно снижаться, садитесь. Ожидается возмущение электромагнитного поля. Помех и электромагнитного удара. Внимание немедленно садитесь. Как поняли?
КВС посмотрел на Курышева и на Сомова.
-Внимание башня (Ростов) борт 2471 поняли, выполняем! Высота 9780. Эшелон 4. Мы в квадрате 47.15
-так слушать приказ. Петр посмотрел на обоих.
-Приготовиться к экстренной посадке. Саш найди ближайший аэродром. Диспетчер не прерывно повторял и повторял.
-Внимание! Всем до удара 5.37….36…. внимание до взрыва 5.10…9…8. Всем садиться, не тяните …. Быстрее.
-Внимание пассажиры! Говорит капитан корабля. Мы вынуждены сесть. По требованию земли. Технически проблем нет, нужно сесть как можно быстрее. Всем слушать стюардов и стюардесс. У нас экстренная посадка, проходит в штатном режиме. Всем привести кресла в вертикальное положение, пристегнуться! Убрать с рук любые предметы и приготовиться. Нас потрясёт немножко.
Антон включил аварийное освещение. Петр переключил на ручное управление. И уронил самолёт, спускались очень быстро. Над пассажирами выстрелили маски. Стюардессы бегом повторяли меры защиты при экстренной посадке. Одеть маски, нагнуться, обхватить руками голову.
-Внимание всем быстро надеть кислородные маски. Скомандовал старший стюард. В салоне возникло избыточное давление. Уши дико болели. Пассажиры мучились, дети кричали и плакали. Нескольких стошнило.
Самолёт пикировал. Внутренний голос кричал быстрее-быстрее. Перегрузки были запредельными, корпус самолёта дрожал и скрипел. Казалось крылья выгнулись. Бросив самолёт вниз, Петчинов ждал до предела, когда выпустить шасси. Сашка бросил через плечо, не спуская глаз с датчиков.
-Зафиксировано разгерметизация салона. Компенсирую давление.
-Саш аэродром или площадка годная под посадку!
-Нет нечего близко, по нашему тоннажу. Юго-западнее дорога. Это всё.
Все вы матерились!
-Садимся на дорогу. Антон просмотри по карте, что за дорога. Сколько полос, есть ли отбойник. Вся Инфа по ней?
Помехи заглушали связь. Голос диспетчера стал больше шипеть. Связь забарахлила. Петр убавил звук и полностью сосредоточился на управлении. Всем своим существом обхватывая своего любимого сокола. Мысленно ощупывая ладонью борт. Каждый сантиметр фюзеляжа отмеряя ладонью.
До земли оставалось несколько десятков метров. Петр с опозданием выпустил шасси. Переключил на аварийные маячки. Самолёт снизился, до земли осталось совсем чуть-чуть.
Свет мигнул и двигатели заглохли. Борт словно завис, без тяги около земли как пловец он клюнул носом и рывком понёсся к земле. Петр изо всех сил потянул штурвал на себя. Антон подхватил. Оба пилота держали самолёт, выравнивая в горизонт.
Удар о землю сотряс весь корпус. Первыми касание дороги получила левая (стойка) Петр опустил чуть штурвал вперед. Самолёт развернуло, с левого отлетела первая пара колёс. Следом вторая, самолёт вздрогнул и упал на левую часть, заскользил. Следом правая стойка и дикий скрежет.
Все пассажиры кричали от страха. И всё стихло.
Многие поднимались со своих мест. С крыла потянуло дымом. С хвоста так же. В салоне запахло дымом! Всё стали паниковать, рваться к дверям. Петр выбрался в салон. Его громкий командирский голос освежил паникёров. К двери расталкивая всех пассажиров, понёсся мужик. Толкая и ударяя локтями этот …. Сбивал женщин и детей. Резкий удар в челюсть и тот затих. Стюарт посмотрел на окровавленный кулак.
-А ну сели на пол и замерли. Вашу …..мать….. так все успокоились? Цепочкой за руки держитесь… взялись быстро!!! Все кто в проходе были, похватали друг дружку за руки. Стюарды с Антохой открыли двери.
-Слушать внимательно! Как в детском саду!!!! Выходим дети на прогулку, взялись за руки и пошли. Не толкаться! Иначе закрою в туалете. Люди вереницей не давая упасть быстрее выбегали к двери.
Рядом снижался в соседнем квадрате Аэробус 320-й. Не выровняв до конца самолёт, пилот задел крылом верхушки деревьев. Слишком быстро снижаясь. Борт резко развернуло, самолёт клюнул носом и ударился крылом о землю. Развалившись на части загорелся.
Глава 46
Станция МКС летела по новой орбите. Оставалось чуть-чуть. В космосе на сегодня всё. Пришлось выходить на незапланированный ремонт. Мусор сбил штангу манипулятора, та сместилась и теперь грозила большими проблемами. Космонавт закрепил её времянкой.
Нужно возвращаться, времени ушло много на ремонт. Датчик давления в скафандре показывал остаток 10%. Космонавт открыл люк и влетел в шлюзовую камеру. Автоматика мигнула зелёным и пискнула в наушниках. Шлюзование прошло в штатном режиме. Большой и толстой перчаткой сдвинул, защитный светофильтр сполз назад. Под шлемом, показалось усталое лицо полковника Вешника Игоря Петровича.
Привычным и уверенным движением Игорь отвернул замок люка. Вплыл в камеру пред шлюзования.
Станция разрослась и теперь приходилось преодолевать приличное расстояние до своего блока.
Русский часть станции была одним из самых больших, можно сказать составлял сердцевину станции, костяк.
Разместив, свой скафандр в держателях. Игорь поплыл к себе. На связь вышел капитан Джон Блюм. Подтверждая удачное завершения ремонтных работ. Услышав голос американца, полковник скривился. Пришлось с Джоном поругаться, тот не хотел выходить помогать в ремонте. Сам со своим «питбулем» так же отказался выходить в космос. Пришлось одному идти. Хорошо хоть согласился быть на контроле.
-Приём, принято, понятно, зафиксировано! Черт и поговорить не с кем! Сетовал Игорь.
-Как в пустыне, одни колючки и бывают верблюды. Которые пьют только и молчат.
После изменения траектории и спешной коррекции. Вопрос больше чем ответов. Как станция не столкнулась? Не понятно! Образовалось дополнительная куча мусора. Часть от столкновений сгорела в атмосфере, другая так же болталась по своим теперь новым траекториям.
Околоземное пространство обильно загажено. Столько мусора скопилось в космосе за последние годы и еще копиться. Спутники, выходящие из строя и выводящие ступени, болтались уже приличной кучей вокруг земли.
Когда станция нашлась и её траектория определилась. На земле спешно пытались просчитать орбиту.NASA как всегда стало вонять по поводу самовольного запуска всех двигателей и растратой драгоценного топлива. МКС был критически смещен и мог столкнуться, еще проще свалиться в падении.
Пришлось из центра полётов Американцам объяснить, что и кто куда пошел. Отношения и так не ахти и здесь испортились. На счет дружбы уже ни питали иллюзий.
Вешник проплыл к центральному блоку управления. За пультом сидел Блюм, рядом как всегда его ручной песик по кличке Элвин.
Требовалось скорректировать еще траекторию, но тут Игорь столкнулся не с возражениями американцев, а прямым саботажем. Эти два идиота встали в позу. И не при каких условиях не давали запустить двигатели.