- Назовите имя, дату и место рождения, - начал допрос комендант.
- Лина Реймер. Девятнадцатого июля одна тысяча девятьсот девяностого года. Город Пейдж, штат Аризона, - не колеблясь, ответила девушка.
- Цель вашего пребывания в Венесуэле?
- Туризм.
Карлос встал, подошел к Лине и тыльной стороной ладони с оттяжкой ударил по лицу. Лина дернулась и всхлипнула. Почувствовав, как с губы тонкой струйкой потекла кровь, она попыталась стереть ее кулаком.
- Спрашиваю еще раз, цель пребывания? - комендант стоял перед девушкой и не повышая голос продолжал монотонно допрашивать.
Лина, боясь поднять голову и смотря на его ботинки чуть слышно повторила:
- Туризм.
Карлос, обойдя девушку с боку и уперевшись в ее плечо подошвой ботинка, вытолкнул со стула. Хорхе и Льюис, тут же услужливо подняв всхлипывающую заключенную и стул, вернули все на свои места. Карлос неторопливо сделал несколько шагов вокруг Лины и остановился позади нее. Девушка, потеряв из виду мучителя, запаниковала и стала дергаными движениями вертеть головой из стороны в сторону. Ухватив за волосы и запрокинув голову заключенной назад, Карлос склонился над лицом Лины и, игнорируя ее болезненный стон, прошипел:
- Ты думаешь, ты такая храбрая? Нет... Ты глупая. Думаешь, они придут за тобой? Для них ты уже предатель. Они могут прийти за тобой только для того, чтобы убить. Сознайся в шпионаже, сдай своих связанных, и я обеспечу тебе защиту.
- Я не понимаю вас, я не шпион, я турист, - заплакала Лина.
Карлос не просто отпустил волосы девушки из захвата, он толкнул ее в шею вперед, так, что она снова упала на колени.
- Овца упертая! Мне ведь ничего не стоит сломать тебя, - терял терпение мужчина.
- Пожалуйста, поверьте. Я не та за кого вы меня принимаете. Это ошибка, - плача молила Лина, стоя на четвереньках.
Комендант подошел поближе и толкнул заключенную ногой, повалив ее на бетонный пол.
- Нет никакой ошибки, тварь, тебя взяли на месте встречи. Что ты делала в том кафе за третьим столиком, с красной косынкой на шее? А? Кого ждала? Отвечай! - каждое слово он подкреплял пинком.
- Я никого не ждала, я одна приехала, - выла Лина, извиваясь на полу.
- А столик? А платок? - пинок, еще пинок.
- Да что такого в этих вещах? Это всего лишь совпадение, - выдавливала из себя слова девушка, сжимаясь от каждого прикосновения к телу грубым ботинком.
Карлос выпрямился, вздохнул и сунул руки в карманы.
- На сегодня хватит. Уведите.
Хорхе и Льюис грубо подняли заключенную и буквально потащили ее к выходу, так, что девушка еле успевала переставлять ноги. В камере Лина легла на лежанку и, свернувшись калачиком, стала, негромко подвывая, глотать слезы. Ей хотелось скорее уснуть и долго не просыпаться, но мучительный страх, бесконечный поток мыслей в ее голове и боль в теле не давали ей забыться.
“Этот день был лишь началом... Началом того ада, что мне предстояло пережить. Поначалу допросы были не долгими, но частыми. Стоило мне прилечь и уснуть, как меня тут же поднимали и уводили в допросную. Комендант Карлос Алонсо предпочитал самолично допрашивать. Он, не стесняясь, упивался своей властью. Охранники Анхель Гомес, Оскар Пенья, Льюис Мора и Хосе Гарсиа неизменно парами стояли позади меня. В их обязанность входило приводить и уводить заключённых, следит за порядком в отсеке “Б”. А вот лапать, угрожать и отпускать гнусные шуточки - это они делали безо всяких обязательств, как говорится, по собственной инициативе. Помощник коменданта, как же его.... Вега.... Да... Джереми Вега всегда держался в стороне. На допросах вел протокол, в процесс самого допроса не вмешивался. Начальник охраны Хорхе Эстебан - крупный высокий мужчина с пухлыми губами и маленькими поросячьими глазками, тот, кто первым был так любезен и проводил меня в камеру в день моего появления в тюрьме, в допросе также не участвовал. Разве что один раз…”
Установившуюся на короткое время тишину в комнате для допросов нарушали гул лампы и надрывные всхлипы заключенной. Лина сидела, низко свесив голову, а с рассеченной губы на пол капала кровь. Упасть со стула ей не давала веревка, которой она надежно была примотана к спинке. Пара охранников за спиной Льюис и Хосе лишь иногда придерживали стул, если он сильно наклонялся и грозил упасть. Не отводя взгляда от заключенной, Карлос растер и размял кисть, видно, неудачно ударил, и та заныла, и приказал своему помощнику: