– Вот, – в толпу врезался тот самый молодой парень, который встретил ее первым, он протянул ей довольно толстую ветку и витой шнурок. – Подойдет?
– Отлично! – кивнула Елена. – Поможешь мне, раз уж самый расторопный. – мальчик сел рядом и с ужасом посмотрел на рану. – Оберни шнурок вокруг ноги, вот здесь, – она показала на участок чуть ниже того места, где держала руку, – завяжи узел, только несильно, – парень без вопросов все исполнил, – теперь положи ветку и завяжи на два узла. Отлично! Поворачивай ветку по кругу так, что бы она затягивала шнур на ноге, – девушка не замечала, как вокруг все тихо переговаривались, – еще, – паренек повернул ветку еще немного, – хватит, теперь надо зафиксировать палку. – парень в недоумении посмотрел на нее, – попробуй продеть под шнур. – мальчишка все исполнил и поднялся. Елена очень хотела было посмотреть на часы, чтобы зафиксировать время установки жгута, но остановила себя. Она перестала давить на артерию и внимательно осмотрела рану, – надо перенести его с солнца, промыть рану и мне нужны тряпицы чистые, много, игла и тонкая нить, если есть шелковая, то лучше ее.
– Понесли его в баню, там лавка и вода есть! – велел Василько и ловко подхватил мальчика на руки, Елена поспешила за ним.
–Аккуратно, а то жгут может ослабнуть, – потребовала она.
В бане было прохладнее, мальчика положили на лавку и принесли ведро холодной воды.
– Нагрейте воды, – велела Елена, присаживаясь рядом с мальчиком, дыхание у него было поверхностным, – у нас мало времени, он потерял много крови и рану надо зашить. Где игла и нить?
– Вот, – в баню забежала мать мальчика, у нее в руках была простыня, костяная игла и маленький моток шелковой нити.
– Откуда шелк? – строго спросил Василько.
– Муж из похода привез, – смущенно ответила она, – подойдет?
– А стальной иглы нет? – спросила Елена, ответом ей были две слезинки скатившиеся из глаз матери, которая покачала головой, – тогда пойдет. Спирта, я так понимаю, тоже нет, или самогона?! – теперь уже все покачали головой. – ну что ж…
Елена осмотрела рану, аккуратно промыла ее водой, вдела нитку в иглу и тоже их промыла в воде. Она развела в стороны края раны и нашла поврежденную артерию, рядом всхлипнула мать ребенка. Следом Елена принялась, как могла, аккуратно сшивать края артерии, потом принялась за саму рану на ноге, она аккуратно стягивала края раны, пока не зашила ее полностью. Вытерев выступивший от напряжения пот, Елена начала потихоньку раскручивать жгут, внимательно следя за раной. Когда жгут был снят, она напряженно осмотрела рану, и приложила руку ниже раны, пытаясь прощупать пульс.
– Есть. – выдохнула она с облегчением и уселась прямо на полу бани.
– Что? – тихо поинтересовался Василько.
– Сердце бьется, – ответила Елена, – слабо, но все же. Теперь, – она посмотрела на мать ребенка, – надо обрабатывать шов и внимательно смотреть, чтобы он не воспалился. Воды давать можно.
– Так ты и, правда, знахарка? – удивленно спросил Василько.
– Я повитуха, – кивнула Елена, – но некоторые раны и хвори тоже лечить могу.
– Повитуха у нас есть, – покачал головой староста, – хоть и стара она, но все бабы к ней ходят, даже с других деревень. А вот знахарка померла в прошлом году.
Елена закатила глаза, очень захотелось умыться и завалиться спать, но на нее смотрела пара серьезных глаз. Василько о чем-то думал. Время тянулось.
– Вообщем так, – ударил он себя по бедру и встал, – так и быть оставайся. Злат, покажи Елене пустующий дом на окраине. – он внимательно посмотрел на девушку. – Дом не большой, но тебе места хватит. Дров тебе наколют, бабы с одеждой помогут, да тряпок каких нанесут по надобности. Так что?