Кощей стоял на берегу Смородины, далеко позади виднелся Калинов мост, перед ним стояла избушка бабы Яги. Он не спеша подошел к двери и негромко постучал. Дверь со скрипом отворилась. На пороге его встретила седая старуха и злобно посмотрела на гостя.
– Надобно чего, Кощеюшка?
– Ася? – удивился Кощей, глядя на состарившуюся молодую Ягу. Как он ее узнал? По глазам. У матери ее были глаза карие, у Аси серые, как и у Мора ее отца. – Натворила чего?
– У батюшки своего спроси. – фыркнула Яга, не пуская гостя за порог. – Чего пришел?
– Наказал значит тебя. – холодно улыбнулся Кощей и провел перед лицом старушки рукой, снимая морок. Перед ним стояла снова молодая Ася, сверкающая от злобы глазами. – Что не по нраву, красавица? Могу вернуть, как было!
– Нет уж, Кощей, – буркнула Ася, – оставь, будь так добр.
– За что наказал то? – спросил Кощей, хоть уже догадывался в причине наказания.
– Не твоего ума дело! – повела тонким плечиком Яга. – Спрашиваю, чего пришел?
– За причиной твоего наказания я пришел, Ася, – обдал могильным холодом девушку Кощей, – и даже не думай обмануть меня.
– Вот ведь…нелегкая тебя принесла! – топнула ножкой Ася. – Не знаю я, где она! Она от Лихо ушла. Где теперь искать, не знаю.
– Где провела ее? – спросил Кощей холодно.
– В Темном лесу, что рядом с болотом по той стороне, – Ася махнула в ту сторону болота, где чернелся лес. – А ушла она от Лихо с другой стороны леса!
– Не вмешивалась бы ты в отцовы дела, Ася, – нравоучительно заговорил Кощей, – твое дело нуждающихся в помощи направлять, да мир Нави охранять. – с этими словами он исчез в сероватой дымке.
– Чур меня! – плюнула на землю Ася и закрыла дверь.
Кощей оказался на окраине Темного леса, который как раз был его вотчиной в мире Яви, так как там проходили тропы с другие временные петли и миры, которые ему поручил охранять его дед бог Род.
Среди деревьев появился высокий, худощавый Лихо. Его длинные спутанные волосы лежали на плечах и ниспадали неопрятными волнами на спину. Одежда была ему велика. Единственный глаз смотрел на Кощея с интересом.
– Что тебе надобно Кощей, сын Чернобога и Мораны? – вежливо поинтересовался Лихо.
– Приветствую тебя, Лихо, сын Велеса. – поздоровался Кощей. – Меня интересует смертная, которая ушла из твоего леса.
– Не смертная она. – уклончиво ответил Лихо. – Яга мне сказала, что смертных приведет, а привела эту. Смертный при виде меня ни двигаться, ни дышать не сможет от страха и отчаяния. Но не она. – с сожалением вздохнул Лихо. – Она сбежала от меня, за одно мгновение преодолев весь лес. Как ты думаешь, Кощей, она смертная?
– В одно мгновение? – почесал подбородок Кощей, – Думаешь, она обернулась?
– То то же, – Лихо махнул рукой, – а еще она магию свою оставила по пути. – в его руке появилась сосновая шишка, которая пролетев по воздуху пару саженей мягко опустилась на протянутую ладонь Кощея. – Так что истинно говорю, не смертная она.
После этих слов Лихо, молча, скрылся в лесу.
На востоке занималась Заря, Хорс явил миру Яви свой лик, проводив Дивию до следующей ночи. Кощей все еще стоял на окраине леса и смотрел вдаль, в руке он все еще держал шишку, которую передал Лихо. Он изучал магию прибывшей, не понимая ее природы, впитывая ее. Это было удивительное сочетание противоположных сил: смерти, жизни и любви. Как они смогли соединиться в одном смертном загадка, но видимо без вмешательства кого-то из старших богов не обошлось, только вот кого? Кто из богов настолько могуществен, что смог соединить дары богинь в нечто единое, обладающее своим неповторимым отпечатком магии.
Кощей обернулся вороном и полетел вдоль кромки леса в сторону от болота. Куда-то в ту сторону Елена и ушла.
***
Елена проснулась с петухами. Вообще это странно, просыпаться от крика птиц, но то каким образом это происходило… начинал кукарекать сначала один, потом присоединялся второй, третий, четвертый, пятый. В итоге все они начинали голосить, кто кого перекричит, до хрипоты. Было бы странно не проснуться от такого гомона! Поэтому едва только петушиная разноголосица набрала обороты, Елена открыла глаза.