– Не о чем, – тихо поправила Ася, – а о ком. Великая Пряха это богиня Макошь, она плетет полотно судьбы каждого из нас.
– Зачем пожаловала, Елена? – неожиданно спросила Гамаюн. – Неужто, судьбу свою узнать желаешь.
– Я хочу домой вернуться. – серьезно заметила девушка, внимательно рассматривая птицу с красивой женской головой и внушительной грудью, украшенной пестрым опереньем.
– Хорошее желание, – понимающе кивнула птица, – но трудновыполнимое.
– Почему? – нахмурила брови Елена.
– Потому что место твое здесь, хочешь ты этого или нет. – взмахнула крыльями Гамаюн и плавно спустилась на землю рядом с девушкой. Ася от удивления даже рот открыла, настолько это действие было неожиданным для нее. Птица обошла Елену кругом и остановилась напротив, ее глаза, казалось, смотрели в самую душу. – Не завидная у тебя судьба, – вздохнула Гамаюн, –темные облака висят над твоей головой, Елена, предвестие неизбежного несчастья и боли, которые окружают тебя как тень. – возвестила кристальным голосом птица. – Путь, развернувшийся перед тобой, будет усеян трудностями и тяготами, которые будут испытывать тебя, твою решимость, твою душу.
– Мне бы узнать, чего от меня хочет Чернобог. – к удивлению птицы заговорила Елена.
– Дары, что в твоей крови текут, – заговорила птица, – соединившись, несут в себе разрушение нашего мира. Если раньше одаренные были слабы, то ты…– Гамаюн грустно улыбнулась, – ты само воплощение разрушения и хаоса, поэтому он будет пытаться уничтожить тебя, чтобы вернуть порядок.
– И все? – возмутилась девушка.
– Думаешь этого мало? – удивленно вскинула бровь Гамаюн.
– Пусть меня вернут домой, и тогда в этом мире настанет порядок. – умоляюще предложила Елена.
– К сожалению, жить с этим даром ты не сможешь и в вашем мире. – выдохнула Гамаюн. – Едва тебе исполнится двадцать пять лет, дары разрушат твое тело, и ты все равно умрешь.
После этих слов птица взмахнула крыльями и взлетела. Елена проводила ее взглядом и силой сжала кулаки. Она громко выдохнула и, развернувшись, пошла прочь от дерева. Злость накатывала удушливыми волнами. Она слышала, что следом шелестит изумрудной травой Ася, но идет, молча, не прерывая ее тяжелых раздумий.
Елена испугалась, конечно, пророчества вещей птицы. До ее двадцать пятого дня рождения осталось чуть больше двух месяцев и как-то очень не хотелось, чтобы предсказание Гамаюн сбылось.
Ася коснулась ее руки и встретила рассерженный взгляд. Их окутал сизый вихрь, и они опять оказались в перелеске за деревней, откуда и отправились к вечному древу. Ася отпустила руку и исчезла в сизом вихре, исполнив данное обещание.
Елена, молча, дошла до дома и, едва закрыв двери, дала волю своим чувствам. Слезы потекли из глаз, смывая напряжение, в котором она пребывала все это время. Плакала она долго, пока усталость не сморила ее, и она не забылась тревожным сном.
***
Ася стояла перед избушкой и ждала, когда она повернется нужной стороной. На пороге уже стояла мать и вопросительно смотрела на нее.
– Что? – буркнула Ася.
– Вот и я спрашиваю, что? – поинтересовалась мать, пропуская ее в дом.
– Ничего. – выдохнула Ася, в глубине души радуясь, что подчиняется приказу.
– Ася, – обеспокоенно заговорила мать, – с богами нужно быть крайне осторожным, они беспощадны к таким как мы.
– Знаю я…не надо меня учить! – отгрызнулась Ася.
Глава 7. Купало.
Проснулась Елена рано утром под крики петухов и горько улыбнулась.
Всю ночь ей снились странные сны, образы мелькали один за другим, и было сложно ухватиться хоть за что-то и тем более выстроить их стройную линию. В итоге, она проворочалась всю ночь, периодически просыпаясь. Зато она слышала, как домовой наводил порядки в доме и постоянно что-то бурчал себе под нос. Она спустилась с печи и вышла на двор.
Солнце только появилось над самым горизонтом, но из-за леса его еще не было видно. Зато небо, окрашенное во все цвета, начиная с черничного, синего, заканчивая ярко-красным и оранжево-желтым, приковывало к себе внимание. Елена внимательно посмотрела на небо, кое-где все еще поблёскивали последние звезды, но знакомых созвездий она не нашла.
Со вздохом опустилась на крыльцо и задумалась. Вчера, когда она услышала пророчество Гамаюн, первое, что она почувствовала, это было недоверие. Пока она шла домой чувствовала как все планы и мечты рушатся под тяжестью размышлений о нем. Она вспомнила, как некоторые ее родственники по линии матери стремительно умирали после двадцати пяти лет, буквально угасали в течение года. Беспомощность и отчаяние поселились в ее душе, а смерть, таинственная и неизбежная, нависла над ней невидимым дамокловым мечом.