- Премного благодарен за столь быстрое разрешение ситуации. – Любезно поклонился Баляхин. – Если не будет возражений, то утром мы отбудем обратно, дабы не стеснять вас больше необходимого.
- Алексей Дамирович, я признательна вам за неравнодушное отношение к нашей подопечной. – Госпожа Зарина благодарно улыбнулась мужчине. – Думаю, что Василисе лучше остаться у меня. Вернёмся вместе через неделю. А пока она мне расскажет подробно и о практике, и о несостоявшемся замужестве. Мне надо быть полностью готовой, когда ректор вызовет для отчёта.
- Думаю, это будет мудро. – Согласился Баляхин. – Да и барышне стоит немного отключиться от суеты и всё обдумать. А ваши советы будут ей полезны.
На этом и разошлись.
Утром Баляхин, получив записку для Айки и Желана, вернулся в столицу. А Василиса осталась в поместье Зариных. На удивление, куратор не стала сразу требовать ответа. До обеда она позволила Василисе погрузиться в свои мысли и всё проанализировать.
Ближе к вечеру девушка сама начала разговор. Они сидели на террасе и пили чай. Дети ещё спали, слуги разбрелись по своим комнатам, или отдыхали на заднем дворе. Василиса откинулась в плетёном кресле, наслаждаясь тишиной и спокойствием.
Именно в этот момент она поняла, что готова рассказать куратору всю правду о случившемся. Тихо, стараясь не выдавать истинных эмоций, Василиса поведала о балле, о первой встрече с Вадимом. Как быстро развивались события, удивляло и сейчас. Было ощущение, что мужчина применил запрещёнку.
Цана Ростиславовна так и спросила. Девушка нахмурилась, ещё раз прокручивая свои чувства, ощущения, переживания.
- Что касается моих чувств – они были настоящими. – Печально покачала головой Василиса. – Может Вадим что-то и использовал потом. Были видь моменты, я как бы выныривала из розового тумана и критично оценивала обстановку. Но и тогда мне было однозначно понятно, я по уши влюбилась.
- Печально. – Неожиданно вздохнула куратор. – Нам, одарённым с детства приходиться держать свои чувства под контролем. Это хорошо, но пока мы не влюбимся. Тогда нас не удержать. Есть те, кто бессовестно этим пользуется.
- И многим об этом известно? – Напряглась Василиса.
- Нет. Эта тайна храниться в магических семьях. Они часто этим и сами грешили. А потом Алексей Михайлович решил, что стоит направить силы одарённых на пользу страны. По его тайному приказу стали собирать детей-сирот в специальные приюты, охранять и учить. Дочь его, царевна Софья пошла дальше. Она выторговала у брата возможность открыть училища для одарённых девиц. И благодаря её опеке многие девушки смогли избежать попадания в неприятную историю.
- Не поняла? Как это помогает нам?
- Возраст. Василиса, всё дело в возрасте. Думаешь наши предки зря придумали рубеж в 21 год? Нет. Это возраст перелома. Самый опасный для нас период от 16 до 20 лет. Именно в этом возрасте многие одарённые девушки, поддавшись чувствам, свершают непоправимый шаг. Хорошо, если избранник воспылает ответными чувствами, или хотя бы уважением. Зачастую этого нет. Хуже всего, если родители знают и таким образом знакомят с «выгодной партией».
- А если нет родителей, то можно вообще забыть о свободе? Или живи всю жизнь с позорным клеймом?
- Поговаривают, царевна так же попалась. Вот только её избранник был из прислуги. Алексей Михайлович поэтому и откупился от дочери училищами.
- И поэтому мы в Академию попадаем именно в этом возрасте?
- Поэтому. И поэтому вас не приглашают на балы. Запрещено. Как тебя угораздило, прям не знаю?
- Так никто же не знал. – Вздохнула Василиса. – Красава видимо тоже не знала.
- Красава? – Цана Ростиславовна нахмурилась. – А вот она должна была знать. Не могла не знать. Вот только зачем она тебя туда потащила?
Василиса растерянно пожала плечами. Ответ на этот вопрос она не знала. Да и подвоха в действиях «подруги» не видела. К тому же, сама девушка сильно рисковала, посещая эти мероприятия.
- Нет. Она не рисковала. – Куратор нахмурилась ещё больше. – Красава давно просватана. И ей почти двадцать один. Осенью будет. Она знала, что ничем не рискует. Василиса, скажи, а тебя она одну туда позвала?
Девушка задумалась. Вскоре призналась, что из всей группы только её Красава и позвала. Цана Ростиславовна посмурнела ещё больше. Оставив Василису на террасе, резко встала и ушла в дом. Девушка задумчиво проводила куратора взглядом. Но допрос устраивать не стала. Прикрыла глаза и опять погрузилась в свои переживания.