Эванс почувствовала холодное прикосновение к верхней губе, а после чуть надавили, и что-то горячее капало на белоснежную блузку, резкая боль отозвалась стаей мурашек по всему телу. Рыжеволосая не посмела крикнуть или даже дрогнуть — не хотела спровоцировать рану глубже, однако и без этого, на скальпель надавили, опуская ниже, проводя через нижнюю губу, и боль стала настойчивее. Если режущую боль можно ассоциировать со вкусами, то это была бы поначалу легкая кислятина, а после вязкий привкус, затем что-то горькое. Сейчас уже было горько. Настолько больно, что девушка не удержалась от физических чувств и вскрикнула. Слезы рекой катились по щекам, а по спине вновь пробежали мурашки от ощущения, как в ней прожигают дыру множество взглядов. А от нехватки воздуха, разум мутнел.
Наконец шею отпустили. Вокруг звучали голоса и шаги, что постепенно отдалялись.
Показалось, что прошло всего лишь пару минут, но на самом деле уже как с полчаса Элли сидит на кушетке без сил, испуганная, в кровавой блузке. С огромным трудом найдя в себе силы, девушка встала. После недолгих поисков портфеля, она вышла из нынешнего ненавистного медкабинета, что теперь навсегда останется в памяти бедняжки.
Вспомнив, что недавно она поцеловалась со стенкой, Эванс выстроила маршрут к выходу из школы, но ее перехватил Джош.
3 глава. Тебе понравится, малыш.
— Элли, кто это сделал?! — все никак не унимался Энтони. Элли впервые видит (в нашем случае чувствует) его таким обеспокоенным не считая того случая с травмой.
Девушка лишь шмыгала носиком, изредка вздрагивая от прикосновений брата, стискивая зубы, комкая в ладонях края юбки. Тони обработал рану, чтобы не заработать ненароком заражение, да и не ходить же с сочащейся кровью. Говорить и так было тяжело после всего этого ужаса, глотать свою же кровь, и тут еще больно из-за раны. Ну вот, теперь останется шрам…
— Элли, ты можешь нам сказать, он ничего не узнает, — как можно спокойнее пытался говорить старший из братьев, положив сильные руки на хрупкие плечи девушки, чуть сжимая от собственного напряжения. Как сильно только его не коробило от гнева. Они предполагали, что это был какой-то маньяк, хотя, почти так и было, — Элли, скажи хоть что-нибудь!
— Нечего мне сказать! Ясно, Тони?! Я в порядке! — уже не сдержавшись, девушка уверенно встала, выкрикнув брату. Конечно, он ее жалел, но чувства мести, гнева и страха за сестру не давали покоя обоим братьям.
Достаточно с Эл сегодня. Рыжеволосая поднялась в свою комнату, утерев носик, смахнула накатившиеся слезы от одного воспоминания,. что они с ней сделали… Их смешки, желание, которое можно было без труда почувствовать, это омерзительное чувство, что они ставят себя выше всех, что очень глупо и наивно с их стороны.
Как много времени прошло после того, как Британи оставила ей шрам и ушла со своей компашкой парней? Час? Три? Элли уже не помнила точно. Сил не было ни на что. Хоть какая-то малая радость была, что завтра и послезавтра Эл будет сидеть дома. Тони уже предупредил классную руководительницу об произошедшем. Эванс с трудом сняла вещи и устало упала на кровать моментально провалившись в сон.
***
Тайлер ввалился, махнув рукой другу на прощание, что подкинул до дома. Доберман и не сдвинулся с места, лишь повел ушами, прислушавшись к звукам.
— «Кажется, я был слишком жесток к той девушке сегодня…» — подумал про себя Тайлер.
— «Жесток?» — отозвалось эхом.
— «Не говори глупостей! Было с одной стороны забавно, признай! Она верещала словно…»
— «Чуть потоп не устроила!»
Растянулась легкая ухмылка. Была доля правды… Для Тайлера. Голоса никогда не оставляли Тайлера в покое. Причитающие комментарии к его действиям, обвиняют в малейшей нелепости. Моран как-то считал, что это дар свыше, что он какой-то особенный, раз только он их слышит и никто другой.
— «Хэй, может быть еще немного повеселимся? Ничего не будет, она и не пискнет, а если и заикнется, то и без языка останется! Будет и слепой и немой»
— «Не кажется это слишком?»
— «Ничуть! Или будешь ложиться под мораль? Или хочешь быть как этот чмошник Эванс?»
Тайлер внезапно рассмеялся, запрокинув голову, оперевшись о дверной косяк. Ему показалось это вполне забавно. Серьезно? Как они только могли так подумать? Пфф, чушь…
— Ты, черт возьми, серьезно?! Конечно нет! — сквозь смех выдавил Моран уже вслух, — Что ж, тогда оторвемся с этой Элли, — интонацией акцентировал имя.