Как много этих возможно и как жаль, что ничего не помню.
- Что с моей дочерью? - в палату вбежала женщина, её темные волосы были небрежно забраны в пучок, а глаза с тревогой и страхом осматривали палату. – Катрина! – всплеснула руками и подошла ко мне.
Я не знала её.
Черты лица, голос, теплота рук – всё это было мне незнакомо. Кто она такая? Почему называет своей дочерью? Ничего не понимаю, в голове словно образовалась огромная дыра, которая забрала все мои воспоминания, забрала моё прошлое. Ладони с силой вцепились в белую простынь, а кончики пальцев ног поджались, когда женщина подошла ко мне.
- Катрина, дорогая, как ты? – со слезами на глазах спрашивала мать.
- Хорошо. – ответила я, стараясь вспомнить ощущения.
Может быть, мы не раз дарили друг другу объятия: перед сном, утром, когда собиралась на учёбу или когда была расстроена. Мне нужно немного заставить поработать мозг и вспомнить.
Но ничего. От досады резко поднялась . Голова тут же закружилась, а ноги подкосились. Прохладные ладони вцепились мне в локоть, помогая удержать равновесие. Хотелось кричать, крушить.
Как я могу вернуться в свою прежнюю жить, если я уже другая?
- Дочка, осторожнее. – взволнованно и в тоже время немного резко произнесла женщина.
- Лен, дай девочке успокоиться. – голос мужчины стоящим в проходе заставил мать обернуться. – Она ещё слаба, пусть привыкнет, а уже потом будем забирать её.
- Я сама. – подала голос и вцепилась ладонями в белые шортики. – Хотела встать и дойти до окна. – солгала и отвернулась, когда заметила в глазах отца понимание.
- Ничего. – снисходительно улыбнулся он и подошёл к кровати. – Поедешь домой? – ласково спросил мужчина.
Копия.
Я точная копия своего отца. Те же светлые волосы, серые глаза и ямочки на щеках. Только между нами всё же было небольшое отличие – мой бирюзовый локон. И откуда он только взялся у меня? Неужели я любила так выражать своё я?
Мне вдруг захотелось узнать их.
Возможно, дома мне дома будет легче и я кое-что смогу вспомнить. Поэтому, не медля кивнула и осторожно поднялась, чтобы голова снова не закружилась. Вещей было немного лишь лёгкое платье и балетки.
- Мы все так переживали. – выдохнула мама. – Ты нас так напугала. – взволнованно произнесла она.
- Прости. – стыдливо опустил голову и взяв вещи в руки, осмелилась посмотреть им в глаза. – Мне переодеться нужно, можно? – оглядела всех присутствующих.
Доктор и родители кивнули и вышли из палаты.
Возможно, глупо сейчас рассуждать о тепле и проявившихся чувствах к родителям, но кое-что всё-таки всплыло в моей голове.
- Па-а-а-п, держи меня! – кричала пятилетняя я.
Мужчина лет тридцати поймал меня в бегу и подбросив верх рассмеялся, стоило мне испуганно вцепиться в его плечи. А потом покружил, вызывая бурю радости и оставив поцелуй на макушке вернул на землю. Я, протянув свою ладошку, взяла его руку, и мы вместе пошли к матери, которая стояла около магазина с продуктовой телегой, наполненной разной едой.
- Почему так долго? – улыбнулась она и погладила меня по голове.
- Так получилось, дорогая. – пожал плечами отце и передав меня в руки мамы повёз корзину.
Воспоминания также быстро пропали, как и появились. Как будто и не было ничего. Однако, это было самым долгой вспышкой в моей памяти. И ощущения, которые я испытала в тот момент, заставили в первый раз за всё время отсутствия прошлого, счастливо улыбнуться.
- Дочь, ты готова? - заглянул отец.
- Да.
Бросив последний взгляд на палату, вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.
Вплоть до самого дома между нами была тишина. Никто не хотел говорить или попросту нечего было обсуждать. Это молчание давало мне времени подумать. Как вообще вести себя. Что делать. Ведь у меня же должно быть хоть какое-нибудь хобби? А друзья. Как мне общаться с ними? Ведь я даже не помню не только имена, но и даже, что нас связывает. А ещё, у меня, оказывается, есть парень, с которым мы встречаемся уже как два месяца. И какое должно быть моё поведение с человеком, которого я не знаю, но встречаюсь?
Голова гудела от полученной информации, которую мать поведала мне, когда мы шли к автомобилю. Но самое странное было другое. Как я попала под машину в районе расположенном чуть ли не в двух часах езды от нашего дома?
Мне предстояла огромная работа и боюсь, что быстро не смогу вспомнить всё. Но надежда, хрупкая, невесомая, словно прикосновение лепестка цветка, давала силы идти до конца.