— Зачем так спешить? — скинув сапоги я упрямо направилась в заброшенную полупустую кухню и раскрыла морозилку. На глаза попался одинокий пакет с замороженными овощами. Не лед, конечно, но сойдет. Отек должен уменьшиться.
— Нет желания в третий раз махать кулаками с бывшим одноклассником, — голос сухой, раздраженный. — Девять минут.
Распахнув потрепанный кухонный шкафчик, я схватила флакон с перекисью, пару ватных дисков и вернулась в коридор. Дмитрий все так же стоял на коврике, его щека продолжала наливаться синевой. Сосредоточенный взгляд переметнулся на пакет с овощами, которые я сжимала в руках.
— Рус не вернется. Испугался участкового. Вот, держи, — я приложила ледяной пакет к щеке, Дмитрий тут же отпрянул. — Что? Тебя же завтра мать родная не узнает! Нужно уменьшить отек.
— Я велел тебе собирать вещи, — раздражение нарастало. — Можешь ты хоть раз меня послушать? Прекрати заниматься ерундой.
С упрямством твердолобого барана я вновь приложила ледяной шуршащий пакет к месту ушиба. Дмитрий предостерегающе замер. Его кожа горела. В глазах заплясали зловещие огоньки.
— Это не ерунда. Что между вами произошло? — было плевать на его настроение. — Меня не было всего минуту…
— Рус решил сообщить мне, что ты занимаешься продажей своего тела через интернет.
Что?! У Руслана совсем шарики за ролики заехали от ядовитого микста из алкоголя и анаболиков?!
— Фальшивую страничку на сайте интим знакомств завел он от твоего имени. Маша, собирай вещи. Сейчас же.
Его ладонь накрыла ледяной пакет, освобождая меня от важной обязанности по устранению последствий драки.
— Он рехнулся, точно рехнулся со своим задетым самомнением… Черт, ты и Рус… Да что вас вообще могло связывать? — негнущимися пальцами я открутила крышку флакона с перекисью, смочила вату и приложила к трещине на губе.
— Это было давно, — свободной рукой Дмитрий перехватил мое запястье, отстраняя от своего лица. Я застыла на месте, — А что связывало с ним тебя? Как ты могла прожить пять лет с этим человеком, которого даже мужчиной назвать язык не повернется?
Сердце гулко билось об ребра. Что меня с ним связывало? Любовь? А была ли она… Что тогда? Привязанность? Привычка? Страх остаться в одиночестве, когда все вокруг обзаводятся семьями?
— Я… не знаю, — я выдохнула, находясь под прицелом сосредоточенных изумрудных глаз. — Тогда, пять лет назад он хотел казаться лучше, чем есть на самом деле и… знаешь, у него неплохо получалось.
— Ясно, — Дмитрий хмуро кивнул и подтолкнул меня вглубь квартиры, явно не собираясь больше обсуждать эту тему. — Идем. Придется собираться вместе. Где у тебя чемодан? Вещи в этом шкафу?
Полупустая будто нежилая комната встретила нас затхлым спертым воздухом, от которого мгновенно засвербело в носу, и практически идеальным порядком. Скупым. Безжизненным. Эта квартира день за днем служила напоминанием того, что к тридцати годам я так и не сумела ни обзавестись семьей, ни даже просто заработать на первый взнос для ипотеки. Для полноты картины одинокой независимой женщины не хватало только парочки кошек. Хотя, нет. В сопровождении живности меня бы даже на порог этой жилплощади не пустили…
— Дай мне пять минут, — мне с первого раза удалось открыть вечно заедающий шкаф, выудить из его просторов наполовину пустую сумку. Сумку, которую я в бешенстве начала собирать как раз после вечера встреч выпускников. После того решающего разговора о разнообразии и свободе. Что-то внутри щелкнуло, сердце заколотилось быстрее.
— Зачем ты спровоцировал Руса на расставание тогда, на вечере встреч? Действительно хотел отомстить? — этот вопрос, ответ на который я ждала с замиранием сердца, вырвался сам собой. Повисло тягостное молчание. Нужно развернуться. Посмотреть ему в глаза. Достаточно одного мимолетного взгляда, чтобы понять. Чтобы увидеть была ли я просто пешкой в его игре с самого начала.
За спиной послышались медленные шаги. Один, второй, третий… Тело бросало то в жар, то в холод.
— К чему этот вопрос? — спокойный тихий голос зазвучал прямо над ухом.
— Просто ответь, — сжимая в руках злосчастную сумку, я резко развернулась и замерла. Ноги будто приросли к полу. Дыхание перехватило. Взгляд Дмитрия казался непроницаемым. Ни одной эмоции. Ничто не выдавало ответа на мой вопрос. — Он увел у тебя девушку в школе, задел твое самолюбие, ты увел невесту у него… Так, да?