Это был единственный шанс сохранить ребенка и временно затаиться. Даниил отказался не только от нее, он бы послал на аборт. Надя уловила все последствия в жесткой морщине между бровей — быть беде, если откроет рот и заявит о своем положении.
Девушка ведь его действительно полюбила и боролась, как могла за счастье. Она не напрашивалась в любовницы, Даня сам ее очаровывал и добивался… Получается, что любила только Надин, а он просто пользовался? А она и уши развесила, что в семье Даниил только повинность отбывает.
Выполнив всю процедуру увольнения и получив трудовую книжку, и официальный расчет на банковскую карту, Надежда с силой сжимала ручку сумочки. Задрав голову, смотрела на офисные большие панорамные окна.
На первое время денег хватит… Но что потом, когда малыш родится? Не к матери же в однушку возвращаться… Надя долго бродила по улицам. Нашла лавочку в небольшом сквере. Сидела и смотрела как бегают дети за голубями, смеются.
— Эй, чучундра?! Фух, — рядом шмякнулась полная рыжая женщина с веснушками на все круглое лицо. — Еле угналась за тобой. Давай, рассказывай! — толкнула ее бесцеремонно в руку, будто они знакомы.
— А вы кто? — Наденька жевала губы, стараясь вспомнить, где тетку видела.
— Дед Пихто! — недовольно огрызнулась дамочка, будто это Надя к ней пристает, а не наоборот. — Судя по твоему кислому виду, турнул тебя Виноградов, да? В твоих интересах все рассказать, чучундра…
— Я Надин… Или можно просто — Надя, — поправила грубиянку.
— Да, мне посрать как тебя, идиотка зовут… — покраснела женщина от гнева. — Накувыркаются с женатиками, а потом строят из себя Надежду, — фыркнула и полезла в карман за конфетой. Пошелестев фантиком, зачавкала и покосилась на брюнетку, начинающую всхлипывать.
— Ну-ну, ты чего? Ты это… Сама, между прочим виновата, — Танька — добрая душа прониклась ее горьким слезам и перестала жеваться.
— Он меня бросил и уволил, — выдохнула дрожащими губами Надя, размазывая слезы по щекам. Голос у нее был слабый, сиплый, будто погасший.
— На вот, возьми конфетку, — протянула ей желейную «пчелку». — Ты расскажи, как все было, облегчи душу, — Таня нажала кнопку маленького диктофона в кармане, который всегда носила с собой. Удобная штуковина для писательницы женских романов. Вот так взбредет тебе в голову какой-то сюжет на ходу, а писать не на чем и негде… Наболтала на записывающее устройство и все.
— Даниил Виноградов выделил меня на собеседовании… — начала свой рассказ Надежда с самого первого эпизода их встречи. — Он пошутил, что такую красоту нужно в музее показывать и билеты на нее продавать.
— Угу, понятно, — ухала Танька, пожирая конфеты и мотая на «ус».
Глава 5
— Как прежде уже не будет, Тань. Я знала. Чувствовала, что он мне говорит неправду. Один удар по лицу и все иллюзии выбило. А ведь любил когда-то… — вымученно произнесла Лена. Все нестыковки встали по местам, сложился калейдоскоп в единый узор, к сожалению, уродливый и несимметричный. Перекошены понятия о семье, любви и верности. Даня стал другим, а она и не заметила. Открытие об измене стало некой призмой, через которую придется теперь трезво смотреть на многие вещи. Не держаться больше за прошлое, ведь Даня сам забыл о нем…
— Загадала желание? — они сидели на крыше панельной пятиэтажки на его старенькой куртке, обнявшись… Молодые и счастливые, пьяные от распирающих чувств.
— Конечно, — вздохнула Елена и зарылась носом в его шею. — Вместе навсегда.
— О желаниях нельзя говорить или не сбудутся, — поцеловал в висок нежно, как умел только он, до мурашек.
— Мне немного жаль эту девочку, — Елена резким движение смахнула слезы с лица.
— Она знала, на что шла. Не вздумай сопереживать самозванке, вторгшейся в чужую жизнь, в чужой дом… Хватило же наглости. Надька свое получила. А вот муженек твой? — недовольно запыхтела Танька и стала кромсать шоколадное пирожное так, будто разделывала Виноградова, а не десерт.
Они сидели в ретро-кафе за дальним столиком. Здесь царила полутьма, заставляющая посетителей забыть о времени суток и о времени в принципе, словно его не существовало в уюте, окутанном ненавязчивой музыкой из настоящего патефона, царапающего виниловую пластинку.