— Спасибо за консультацию, — она вынула из сумочки три тысячи рублей и положила на стол.
Лена казалась себе ничтожной и беспомощной. Толком не доучилась в свое время, родив Владюшу. Могла восстановиться в институте, но находились более важные проблемы, где нужно быть незаменимой в быту, создавать уют, поддерживать мужа во всех его начинаниях. Родители начали сдавать из-за возраста. Елена и им помогала…
«Денег хватает, тебе не нужно ни о чем думать, моя сладкая. У тебя есть я» — внушал Виноградов, усыпляя бдительность.
Какой женщине не хочется, чтобы о ней заботились? «Быть как за каменной стеной» и не знать проблем, чтобы взяли на ручки и любили. Многие забывают, что нужна подушка безопасности, находясь в достатке… ЗА МУЖЕМ! За ним — защитником, добытчиком и просто отличным семьянином. Отнимите эту составляющую и что останется? Беспомощная домохозяйка, с детьми, которая всю жизнь смотрела в рот и верила в лучшее.
Лена было горько осознавать, что именно она вошла в ту статистику «доверчивых» жен.
Есть одно «но». Одна и та же женщина может бесстрашно прыгнуть с парашютом, но бояться взглянуть в глаза правде… А истина такова, что Даня давно не тот парень, что толкал ее качели. Просто Елена стала привычной, постоянной величиной для него, которая никуда не денется и слепо проглотит любую чушь с его подачи.
Сколько было таких внезапных отъездов по семинарам, поездок в командировки, задержек с работы? Он возвращался довольный, в меру усталый и позволял себя любить… Именно позволял… лениво раскинувшись, поднять мужскую силу, начать в позе «наездницы», а под конец, уж ладно, самому закончить. Отдал супружеский долг, и Лена счастлива… Разве не это проявление к ней внимания и любви?
Все ложь! От начала до конца…
Танька слушала ее, слизывая с губ пенку от капучино. Влад неподалеку отстреливался от зомби в игровом автомате. Сын даже не задавал вопроса, почему они живут в дедушкиной квартире, и папа не приезжает. Отца в его жизни было мало. Привык.
— Будет честно, если ты вытянешь из него побольше денег. Сейчас он захочет загладить свою вину, что попался и пойдет на любые условия… Если скажешь, что готова простить, — подружка откусила розовый пончик и облизала липкие пальцы, выразительно на Лену посмотрев.
— Я не готова простить, — без эмоционально возразила Лена. Ее кофе давно остыл и был безвкусной мутью с жирной пленкой.
— И не надо! Скажи, что хочешь отвлечься. Заняться каким-то делом… Ну, я не знаю… Зоомагазин открыть или кафе, что ли…
— Книжную лавку с небольшим читальным залом, — немного подумала Лена, закручивая белый локон на палец. — Где будут собираться авторы романов с презентацией своих книг. Одна авторша у меня есть, думаю другие тоже найдутся. Вы же любите взахлеб рассказывать разные истории?
— Еще как любим! — закивала рыжая. В глазах Таньки вспыхнули фанатичные огни с полки брякнутого писателя, которого хрен заткнешь, если начнет про любимое творчества чесать языком. — Начнем тянуть из Данечки бабло, пока Надька не подсуетилась с пузом. Тебе нужен магазин, с учетом, если он обозначит, что это «подарок», — предприимчивая Таня стала загибать пухлые пальчики с ярко-красным маникюром. Надувая и без того хомячьи щеки, тужилась мыслями в правильном направлении. — Новая машина. Ремонт в квартире родителей и еще одна квартирка в центре. Личный счет для разного рода «мелочей» с несгораемым лимитом.
— У тебя губа не дура, — рассмеялась Лена и впервые ей стало немного легче. С Танькой не пропадешь.
— Тань, это все хорошо, но Виноградов захочет закрепить «прощение»… А я… Я не могу больше с ним, — в голубых глазах сверкнули слезы.
— Фигня! Продержимся! — подмигнула Татьяна и прикончила остатки пончика, щелкнув зубами.
Глава 9
Елена рядом с ним задыхалась, будто запуталась в одеяле с головой и выхода не может найти. Душно. Все тело покрылось липким потом. Очень хотелось по-детски сбежать, чтобы рожу бесстыжую его не видеть. Она, слушала, как муж предлагает им съездить на отдых, развеяться.
— Владу полезно будет на море, Лен. Ты посмотри, какой он бледный? — кивнул на сына, уплетающего мороженое из креманки.
— Раньше тебе его бледность не мешала, — не выдержала женщина. — А Влад в меня пошел, с такой же белой кожей… если ты не знал. На море мы не загораем, а сгораем. Все время приходится в тени сидеть и прятаться от солнца. Помнишь, как последний раз он пятнами пошел и поднялась температура? Не помнишь… — покачала головой.