«Чтобы поскорее умер! – с болью в голосе прошелестела Волчья Луна. – Скорее предупреди моего брата. Этого несчастного ещё можно спасти. А вот арфу точно придётся искать новую».
Эрика чёрной молнией метнулась прочь, стараясь никому не попасться на пути. Время эльфийского барда ускользало стремительно, точно вода в сухой песок.
Внимательно выслушав чуть сбивчивый мысленный рассказ воительницы, Оданн на несколько мгновений задумался. Решать, как поступить с пленником, медленно умирающим от холода и голода в полуразрушенном сарае, нужно было быстро.
«Тебе решать, Эрика. В нашем отряде главная – ты, как та, кого Арокас избрал своей Жрицей. Нам надо спешить. Идти сам бард, боюсь, ещё долго не сможет».
«Можно как-то с помощью магии сделать так, чтобы он, как и я, совсем не был похож на фаэри»?
«Конечно, но придётся провести сложный ритуал, и понадобится твоя кровь».
«Скарокас будет против, но мы по очереди вполне сможем нести его на своих спинах. Бард настолько исхудал, что почти ничего не весит».
«Значит, поступим так. В полночь проберёмся в сарай. Надо ещё как-то цепи с него снять».
«С этим проблем не будет, – в голосе девушки прозвучали нотки облегчения. – Связка ключей висит на гвозде рядом с низкой полусгнивших луковиц. Правда, пленник сам никогда не смог бы дотянуться до неё. Странный амулет, висящий рядом, успешно блокирует эльфийскую магию».
«Тогда сделаем так. Скарокаса отправим вперёд, а барда будем нести на спинах по очереди. Один из ритуалов Волчьей Луны решит ряд наших проблем, но до него ещё три дня. Придётся выбирать самые трудные и опасные тропы нашего народа. Тому, кто будет свободен от ноши, придётся бдительно следить, чтобы нашему отряду никто чужой по дороге не встретился. Но ты права, бросить пленника умирать мы не вправе. Это противно нашим древним законам и здравому смыслу».
«Всё равно завтра на рассвете мы собирались уходить. Надо морок оставить, чтобы люди решили, что бедолага отмучился и умер, и швырнули его в какую-нибудь яму в лесу. Они не должны понять, что он жив и сбежал из своей юдоли».
«У меня есть травы. Сделать отвар будет недолго. Они не догадаются, что нить его судьбы пока не оборвалась. Хотя и сделали всё возможное, чтобы это печальное событие произошло. В полночь я уйду в лес и приготовлю зелье. Ты напоишь им барда, а я посторожу, чтобы никто не прознал о нашей уловке. Скарокаса лучше не посвящать в наши планы. С него станется запалить сарай вместе с пленником. Лишь бы не возиться с ним в пути».
«Оданн, я пока покручусь вокруг, послушаю, о чём говорят эти нелюди. Они такие же, каким был мой дядя Азар Арван»!
«К сожалению, потери и лишения ожесточили сердца обоих народов. Фаэри ничуть не лучше обращаются с пленными людьми. Надо делать, что решили, и выбираться. Моё чутьё говорит, что времени осталось слишком мало. Но…, поступить иначе мы не вправе».
За час до рассвета, когда в деревне спали все, кроме часовых на дозорных башнях, Эрика снова приняла человеческий облик. Незаметно проскользнула в сарай, где держали пленного эльфа. Разомкнуть неплотно сомкнутые челюсти и влить снадобье оказалось нетрудно. В свете почти полной луны лицо эльфа было мертвенно-бледным, оттенённым иссиня-чёрными волосами, сбегающими до плеч. Сейчас они превратились в грязный и неряшливый колтун, что было совсем неудивительно.
Было видно, что на цепи он просидел не одну неделю. Девушка молча стояла рядом. Зелье сделало так, что дыхание больше не туманило медное зеркало. Оно среди очень немногих вещей досталось воительнице в наследство от матери. Через миг снова натянула волчью ипостась, точно маску. Потом села у входа полуразваленную сараюшку и тоскливо завыла. Вскоре её голосу, полному безысходной тоски, вторил и чуть хрипловатый взлай Оданна.
Глава 7 ❤️❤️❤️
Скарокас прихватил немилосердно чадящий факел и вместе с местными мужчинами примчался посмотреть, с чего это так расшумелись его спутники. Осмотрев пленника, он равнодушно проронил:
– Отмучился, бедолага. Если хотите, могу скинуть его в какую-нибудь яму в лесу.
– Будем премного благодарны, лорд Скар. Вы отбываете на рассвете?
– Да, эти твари спалили мой замок и убили всех моих домочадцев. Теперь пришла пора платить по счетам! – зелёные глаза воина полыхнули таким жестоким огнём, что староста деревеньки испуганно шарахнулся от него.