Рваным движением тянусь к крану и включаю воду в ванной, чтобы шум хоть как-то заглушал наши игрища. Безжалостно трахаю эту кошку, вырывая неистовые стоны, которые она роняет в свою ладонь. Я весь взмок, еще чертов пар окутывает пространство. Видимо, горячую врубил.
Мой взгляд приковывает спина Златы: изогнутая чарующая линия позвоночника от лопаток до ложбинки между ягодицами. В паху все горит от нереальных ощущений, малышка сокращается вокруг моего члена, которому становится еще теснее внутри нее.
— Бля-я-ядь, — тяну я.
Неистово продолжаю вколачиваться в хрупкое женское тело, которое не знаю как выдерживает мой напор. Руки Златы соскальзывают с бортика, и девочка чуть не ныряет в ванну головой вниз. Я инстинктивно хватаю ее за волосы и тяну на себя, и тут крошка взрывается с протяжным стоном.
И как при этом можно не кончить?
Спускаю Злате на поясницу и довольно откидываюсь на запотевшую плитку спиной. Я, сука, радуюсь как девственник в свой первый раз.
Спустя несколько долгих минут, моя Спасительница оживает и, ни разу на меня не взглянув, натягивает халатик слишком сильно затягивая поясок. Смущается, крошка.
— Ты только что своей задницей об меня терлась, а теперь за тряпкой прячешься?
Она еще больше заливается краской, что щеки светятся ярче лампочки в ванной. Поднимает трусики и пеньюар, точнее то, что от них осталось, и бросается к двери.
— Придурок.
Зашибись расклад.
Глава 8
Ветер
Все должно быть просто. Я убежден и даже настаиваю на этом. Но с появлением этой стервы, моя жизнь решила исправить некоторые пункты, а точнее, прокачать их до финального уровня. И почему женщины так любят все усложнять?
Конечно, после нашего уединения, Злата выставила нас с Егором за дверь. Бешеная.
Вроде не девочка уже, а ведет себя, как неопытная малолетка. И меня это цепляет. Нет той пошлости и похабности, которой от современных женщин за километр разит. Не испорченная она. Хрупкая и уютная… Домашняя. Таких не водят по клубам и не угощают отвратным пойлом. Их запирают дома в надежде оградить от всякой гадости.
И откуда во мне проснулась эта сентиментальная чушь? Говорят, в двадцать четыре о таком думать вообще рано. А меня вот занесло.
— Слышь, Егорыч, — выдаю, лишь бы отвлечься, — разговор есть.
— Валяй.
— Хочу сеть сервисов открыть. В столице.
— Годная тема. Красавчик.
— И мне нужен компаньон, — выжидающе таращусь на друга.
Бертов понимает сразу в какую сторону я двигаюсь и двигаю его. Задумался, пальцами по столу барабанит.
— Погнали со мной? Ну что тебя тут держит? Журнал вшивый и городок на двести человек?
Вижу, как глаза у Егора загораются: перемены, большой город, перспективы. Соображает, прикидывает варианты, просчитывает, но выдает совсем не то.
— А девчонки?
— А что девчонки?
Я на минуту и сам стопорюсь: оставить Злату здесь и продолжить жить, как жил? А почему нет? Я ей ничем не обязан, как и она мне. Все просто. Без заморочек.
Но меня опять начинает что-то терзать. Это блядское чувство неопределенности.
— С собой возьмем. Вероника к тебе в чемодан сама залезет. Это мне постараться придется. Только вот не уверен, Егорыч, что нужно мне это все.
— А чего тебе вообще нужно, Ветер? Вискаря, денег и пару шлюх на ночь? А дальше-то что? Станешь Большим дядей с большими бабками и амбициями?
— Мне двадцать четыре, Берт. А ты мне предлагаешь жениться и всю жизнь только одну бабу трахать? Сам-то давно приличным стал?
— В общем, — съезжает Егор, — предложение дельное. Обдумать все это надо.
— Переваривай.
Но переваривать начинаю я. Понимаю, что Злата слишком глубоко засела. За несколько дней буквально. Телом взяла? Нет, не то. Глазами своими очаровательными и невинностью тошнотворной, которая диктует, что все должно быть правильно. И азарт мой не отпускает, толкает сломать девчонку, добиться ее полной капитуляции на моем гнусном поле боя. Только вот чую, меня рикошетом заденет, потому что тянет к ней. И губы ее вспоминаю, будто для меня подобраны специально. А за улыбку готов что годно сделать.
— Ветер, двигаем в клуб, — подает голос Егор, блокируя экран телефона. — Истомин с ребятами подтянулись.
Парни заняли лаунж-зону, вальяжно растеклись по диванам в компании отменных девчонок. Я окидываю взглядом всех представительниц слабого пола, отмечая про себя детали.
Объемно, сексуально, свободно. Один словом — все, как я люблю.
Здороваюсь с присутствующими и падаю между Максом и какой-то пышногрудой блондинкой, которая уже вступила в фазу кокетства. Закинула ногу на ногу, блузку одернула, увеличивая и без того откровенный вырез на груди. Ну просто удар под дых.