— Да что ж такое, — буквально стону.
Салфетка… Зеркало… Помада. Глубокий вдох, медленный выдох.
Заставляю себя подняться и, поправляя платье, выхожу в зал. Вскрикиваю от неожиданности и теряюсь, когда над головой что-то взрывается. Меня осыпает разноцветными конфетти, а я наконец замечаю столпотворение.
— С днем р-о-ж-д-е-н-и-я, — хором голосят коллеги. Все в праздничных колпаках и с воздушными шарами. Звучат аплодисменты. — У-р-а-а.
— Спасибо большое, — хохочу. Действительно приятно. — Но у меня же завтра…
— А завтра, Златочка, суббота, — вырастает возле меня Павел Борисович с букетом цветов. — Наш дружный коллектив поздравляет вас именно сегодня.
Около окон расположили широкий стол с напитками, закусками и трехъярусным тортом, на котором уже поблескивает россыпь зажженных свечек. От стены до стены тянется красочная растяжка с веселыми тематическими картинками.
И когда успели только?
Все понятно: офис замер, работа встала. Я и не против, к тому же настроение располагает.
Принимаю белые лилии из рук главреда. Поставлю их в вазу на рабочий стол. Пусть радуют глаз.
— Да начнется веселье, — объявляю на весь зал.
— В таком случае, пора загадывать желание, — горланит Бертов, подталкивая меня в сторону праздничного десерта.
— Тебе лишь бы пожрать, — нападает на Егора Ника. Сама же — светится от счастья.
Склоняюсь над тортом, придерживая волосы, и секундно застываю, завороженная танцующим пламенем свечей. А в них два силуэта: мой и Ветра. Извиваются в сказочных объятиях и ни на миг не отпускают друг друга. Наверное, именно этого я хочу больше всего на свете.
— Пусть все получится, — шепчу и задуваю.
Вокруг приятная суета: мужчины откупоривают шампанское, девочки помогают порезать торт. В этом году он особенно большой — внушительный диаметр даже у верхнего яруса. Здесь не то что на всех хватит, еще и останется. Да и еды гораздо больше, чем в прошлом году. Кто-то явно постарался.
— Ну а мы, — подкрадывается со спины Ника, — будем поздравлять тебя завтра.
— Боюсь представить, что вы там подготовили. Надеюсь, это не пейнтбольный клуб.
— Лучше и не представляй, все равно не угадаешь, — играет бровями, определенно на что-то намекая.
Почти уверена, что без участия Матвея не обошлось, а точнее, он, наверняка, всем и управляет. Только от этого еще интереснее становится. Фантазия кидается во все тяжкие и награждает меня десятком вариантов развития событий. От самых романтических до исключительно жестких, в приятном смысле слова.
Последний рабочий час, выделенный на фуршет, растягивается на целых два. Это с учетом того, что пятница — короткий день, и офис должен был опустеть в пять вечера. За сто двадцать минут мы успеваем попеть, устроить танцевальный батл и сыграть в твистер. Черт его знает, откуда в нашем офисе детская игра, но пришлась она по душе всем. Человеческая многоножка выглядела убойно.
Я полноценно наслаждаюсь вечером и никуда не тороплюсь, потому что Ветер обещал быть к шести, а мне очень хочется его дождаться. Буквально сгораю от желания во всех смыслах.
Без десяти минут выпархиваю на парковку и натыкаюсь на презентабельный автомобиль Ветрова старшего, из которого он и появляется. Привычно в строгом черном костюме и с деловым выражением лица.
— Спешил, чтобы успеть застать тебя в офисе, — выдыхает Александр Германович, будто пешком добирался. — Повезло.
В очередной раз поражаюсь тому, как сильно Матвей похож на своего отца. А глаза… Такая же бездна, перед глубиной которой невозможно устоять. Уверена, дети у Ветра будут такие же красивые. Думаю об этом и непроизвольно краснею, подставляя себя на роль его невесты.
— Действительно повезло. Могли бы уже не застать, — улыбаюсь, разглядывая цветы в его руках. Розы. Сразу не сосчитать, но что-то подсказывает, что их двадцать три.
Ветров протягивает мне букет, смущенно поджимая губы:
— Заранее не поздравляют, но в понедельник будет как-то не актуально.
— Мне ведь уже подарили, — докладываю, но букет принимаю.
— Это лично от меня, — как-то слишком серьезно произносит Ветров.
Сердце спотыкается, как только я допускаю мысль, что могу нравиться Александру Германовичу. По-настоящему, как женщина.
«Нет, Злата! Не придумывай», — приказываю себе.
— Торт тоже ваших рук дело? — вдруг приходит мне в голову.