— Добро пожаловать в управу Шург Объединённого Княжества, — наконец сказал один из них, отдавая Олегу паспорта. — Удачи вам в ваших делах, если только они не гневят Колозара!
— Каковы бы ни были наши дела в вашей стране, надеюсь… надеюсь, они призовут на неё милость богов, — Олег с заминкой вспомнил нужные слова этого демон-знает-сколько-лет-не-использовавшегося ритуала приветствия.
Ещё засветло они въехали в город.
— Так. Сейчас найдём приличную гостиницу, вы там останетесь, а…
— Ну уж нет! — запротестовала Хлоя. — Мне надоело! Сначала я пойду с вами в центр, а потом уже…
— нет.
— Почему?!
— Нет, и всё.
— Но…
— Нет!
— Олег, пожалуйста! Честное слово, я от тебя ни на шаг не отойду!..
Олег резко отвернулся, а, не будь это верхом глупости, ещё и уши бы заткнул. Буркнул недовольно:
— Свитла с тобой, идём.
Девушка золотой молнией соскочила с Рута. Эльф медленно поплёлся следом, обвиняя себя в малодушии и ненужной уступчивости.
"Расклеился… никто ещё из меня верёвки не вил, а эта!.."
На самом деле он понимал, что проблема вовсе не в слабости характера. А в чём — и под страхом смертной казни опытный юбочник и Казанова боялся признаться. Даже себе.
— Детей себе заведи, если уж так хочется с кем-то нянчиться! — зло прошипел он, хотя было ещё неизвестно, кто с кем больше нянчится.
На странную парочку многие обращали внимание, но особо не любопытствовали.
— У них что-то случилось, — поделилась наблюдениями Хлоя. — Всё идут к Площади. Может, казнь? Или свадьба князя?
— Из этого делают зрелище только в дремучем Тейсте. Похоже, читают какое-то важное объявление…
На каменном возвышении посреди Площади стоял глашатай и усиленным заклинанием голосом что-то выкрикивал, держа в руках лист бумаги с чьими-то портретами.
— Государственные преступники! Изменники Родины и всех Светлых Народов! Творят чёрные заклинания, зверски убивают людей, Тёмным Богам кланяются! Их ищут все дружественные Объединённому Княжеству государства — Лукан, Сен-Таюф, Лом`элиннон, Кринша!..
Олег, уже давно хмурившийся, резко накинул капюшон и склонил голову — глашатай в это время поднял портреты.
— Скрой лицо, быстрей! И встань там — за углом.
Хлоя всё выполнило беспрекословно — неприятное чувство тоже жгло её мысли.
— Пусть любой, кто увидит кого-либо из этих злочинцев, даст знать властям и получит за это пять золотых сверанов! Один из колдунов — эльф-отступник, волосом светлый, а с ним бесовка, девка рыжая….
Путешественники переглянулись.
— Этого не может быть, — одними губами сказала Хлоя.
— Знаю. Лукан и Лом`элиннон, по крайней мере, никак не могли объявить нас преступниками! Этих людей обманули, как детей малых…
— Что? Как мне показалось, они довольно серьёзно относятся ко всяким нарушениям.
— Из кожи вон вывернутся, — мрачно подтвердил Олег. — Только нам сейчас это не на руку. Зачем же и кому мы так срочно понадобились?
— Может, мордхам? Перепутали меня с Кариной, например.
— Если они каким-то образом узнали о вас, то… ну, предположим.
— Однако. Меня обозвали рыжей, — тихо фыркнула Хлоя.
— Да, перепутать светловолосую с рыжей можно только после гномьей свадьбы… одну минутку, вы навели меня на мысль.
Он вытянулся во весь немалый рост и поверх толпы увидел портреты "преступников".
— Вот демон! Такое ощущение, что эта уловка рассчитана только на мою поимку, а не на вашу — мой портрет очень точен!
— Плохо быть знаменитым, — посочувствовала Хлоя. Олег предпочёл не заметить насмешки.
— А вас явно слепой тролль рисовал, — он выглянул ещё раз и со вздохом добавил. — Причём ногами. Узнать невозможно…
— Ну всё! Сейчас обижусь и пойду сдаваться!
— Гениальное решение, — восхитился маг. — Позвольте, однако, и мне высказать свое… некреативное словечко….
— Глава 32
Такой бури Карина ещё не видела и даже не представляла. В ней не было ничего сверхъестественного — ярость и игра бушующих стихий.
— Ненавижу море! — простонала она, постепенно приобретая нежно-салатовый оттенок кожи.
Беспомощный корабль мотало и швыряло по волнам, так что все люди окончательно одурели, перестав различать верх и низ, лево и право. Уже не казалось, что океан обозлился на несчастную посудинку, нет… Корабль был просто щепкой, не достойной и капли внимания.