Я пытался не поддаваться отчаянию. Все-таки по астрономическим меркам я был не так и далеко от дома. Компьютер не мог мне помочь рассчитать полетную траекторию, и мне оставалось полагаться лишь на свои ощущения, полетный опыт и интуицию. Был бы на моем месте обычный беспилотный корабль, он навсегда бы потерялся, а у меня все же оставались шансы добраться до Земли.
* * *
На возвращение к Земле у меня ушло девять лет, которые я провел полностью наедине с собой. Я старался как можно больше спать, чтобы экономить энергию, которой после поломки главного двигателя мне не хватало, поэтому время пролетело для меня довольно быстро.
Иногда я задавался вопросом, зачем я вообще так упорно лечу домой. Скорее всего меня уже не смогут починить и вернуть в космос, да и за это время наверняка изобретено множество других, более совершенных, космических аппаратов, так что вряд ли на меня вообще станут тратить время.
Может, стоило развернуться и полететь куда-нибудь далеко-далеко? На Проксиму Центавра, например, или к Сириусу. Это была бы красивая и достойная смерть.
Однако я все же летел к Земле, продолжая надеяться, что это еще не конец моего путешествия.
И я долетел.
На околоземной орбите ничего не было: ни станций, ни спутников, ни космического мусора. Я испугался - вдруг за то время, которое я провел без системы связи, случился глобальный катаклизм, и человечество вымерло?
Я навел главную камеру на земную поверхность и с облегчением понял, что с человечеством все в порядке. Я отчетливо увидел какую-то городскую площадь и даже людей, которые сидят за столиками летнего кафе. Видимо, теперь использовались какие-то другие технологии, не требующие наличия на орбите Земли специальных объектов.
Я переместился и нашел на планете Москву, после чего навел объектив камеры на Кремль.
Почти сразу я отключился.
* * *
- Наверное, это какой-то корабль из проекта Саидова, и он даже еще немного работает, - услышал я мужской голос. Я попытался осмотреться, но оказалось, что никаких камер у меня нет. Еще, кажется, я стоял на твердой поверхности, а не летел в невесомости.
- Ты думаешь? Какой-то он уж слишком потрепанный, - ответила мужчине какая-то девушка.
Судя по звукам голосов и эху, я и эти двое находились в каком-то большом помещении.
- У него повреждены почти все хранилища данных, и ничего нельзя утверждать наверняка, но мне кажется, что это именно тот корабль, который пропал в поясе астероидов, когда китайцы взорвали один из них, - спустя какое-то время проговорил мужчина.
- Это «Разум-1»?! - воскликнула девушка. - Ничего себе!
- Вполне возможно, почему нет, - сказал мужчина.
Я попытался что-то сказать, подтвердить то, что я именно «Разум-1», но, как оказалось, нейроинтерфейс соединял меня только со звуковым датчиком, а голосового оборудования или камер к моему мозгу не было подключено.
- Так, а хранилище первого порядка у него тоже повреждено? - спросила девушка.
«Хранилище первого порядка». Надо же. Похоже, этот термин обозначал мой живой мозг.
- Вроде нет, но я не знаю точно, как к нему подключиться, - ответил мужчина.
- Давай вот так попробуем, - девушка что-то сделала, и я почувствовал, что соединился с компьютером. Через пару секунд я нашел камеру и увидел тех, чьи голоса только что слышал. Это и вправду были пожилой мужчина и совсем молоденькая девушка. Оба были одеты в белые свободные комбинезоны с эмблемами корпорации «РКТ» на рукавах. У мужчины на груди была нашивка с именем «Меньшов Василий», а у девушки - «Павлова Ирина». Еще секунд через двадцать я осознал, как сделать так, чтобы можно было говорить вслух.
- Здравствуйте! - сказал я.
- О! - синхронно воскликнули Василий и Ирина.
- Я на Земле? - спросил я.
- Да!
- Как я сюда попал?
- Вас обездвижил и доставил сюда робот-перехватчик. Вы целились в Кремль, и он расценил это как угрозу национальной безопасности, - объяснил Василий.
- Как все серьезно, - усмехнулся я.
- А вы правда «Разум-1»? - спросила Ирина.
- Да. «Разум-1», Игорь Юрьев. Я потерял связь с Землей девять лет назад. А вообще я не был на Земле семьдесят восемь лет.
- Впечатляет, - сказал Василий.
- Скажите, с моим мозгом все в порядке? - задал я вопрос, который больше всего меня мучил.
- Да, ваше хранилище первого порядка исправно, и ваш искусственный интеллект не поврежден, - осторожно сказала Ирина.