– Где ты была вчера? – С порога бросил он, нависая над ней. Алина же не отвечала и, пятясь, сжималась в трепещущий комок. Горящие глаза Глеба, тяжелое дыхание и сжатые кулаки ничего хорошего ей не сулили. И когда она уперлась спиной в стену, он повторил вопрос: – Еще раз. Где ты была вчера?
Секунда и …
Алина закрыла лицо руками как раз вовремя. Кулак, занесенный для удара, сломал бы ей челюсть. Зато второй, по животу, она все же пропустила. Как и третий, и последующие.
Нет, жалости к ней не было. Ни капли. Злость, обида, ревность, ненависть. Но только не жалость.
Зато на мгновение он даже увидел в ней свою мать, так же уклоняющуюся от ударов отца. И это его только раззадорило.
Глава 29. Семен
Оставшись один, Семен так и не смог закончить обед. Кусок застревал в горле и даже вода не помогла. «Черт!» – выругался Семен, отставляя тарелку. Этот Глеб не так прост, как кажется. Если не хуже. От него исходила настолько мощная негативная энергия, что даже ему, тридцатитрехлетнему мужику, далеко не хлюпику, стало не по себе.
Глядя в окно на то, как Глеб мечется у входа и сжимает кулаки, Семен пожалел о том, что обмолвился об Алине. Неприятное предчувствие скрутило ему узлом живот. Расплатившись за обед, он спустился на улицу вслед за Глебом, который уже унесся в неизвестном направлении. Оглядевшись и убедившись в этом, Семен набрал Соловьеву.
– Саш, привет, а ты где? В парке аттракционов? А где такой? А понял, слушай, мне нужна помощь. Я только что наломал дров, и теперь боюсь за Алину. Да, секретаршу. Да, я разговаривал с Глебом. Да, знаю. Да, дурак. Ты можешь дать мне ее адрес?
Через полчаса он, Саша, Аня и Ваня стояли во дворе Алининого дома. Машины Глеба рядом не наблюдалось.
– Может, ты что-то перепутал? – Саша потирал сморщенный лоб.
– Если бы, – Семен покачал головой. Он удивленно переводил взгляд с Ани на Ваню и обратно, но сейчас его мало интересовали эти подробности. – Глеб выглядел безумным. А я выбрал неверную тактику в разговоре. – Он кивнул в сторону дома. – Давай поднимемся.
Саша пожал плечами.
– А если ее нет дома? Может, проще позвонить? – И Семен, и Саша одновременно посмотрели на Аню, не до конца понимающую, что она здесь делает.
– Аня, – обратился к ней Саша, – ты не могла бы набрать Алине?
– Зачем? Что-то случилось? – встревоженно спросила она, доставая телефон из сумки.
Саша выдохнул и опустил глаза:
– Надеюсь, что нет.
Аня поднесла телефон к уху и слушала гудки. На нее были устремлены три пары глаз (и только Ванины из праздного интереса). Но трубку никто не поднял. Она попробовала еще раз и еще. Тишина.
Семен не выдержал.
– Я пойду.
Саша дернул его за руку.
– Мы пойдем. Зная, на что способен Глеб, я не отпущу тебя одного. – Кивнув Ане в сторону детской площадки, он широким шагом направился к подъезду Алины.
Дверь в ее квартиру оказалась незапертой. Саша вошел первым, неслышно ступая по полу. Семен практически наступал ему на пятки. В квартире было светло, пусто, и только часики мерно тикали. Тик-так. Тик-так. Саша нервно сглотнул. Спокойствием здесь не пахло. И он оказался прав. Войдя в спальню, он сразу увидел Алину. Она лежала, скрючившись, на полу. Лицо ее представляло собой сплошное месиво, ни одного живого места на нем не было. Глаза заплыли, губы раздуло, на щеке кровоподтек.
Алина лежала, свернувшись калачиком, обнимая подогнутые под себя ноги. Семен выскочил из-за Саши и упал на колени. Он аккуратно убрал волосы с лица девушки и наклонился, прислушиваясь, дышит ли она вообще.
– Дышит, дышит! – Семен не знал, что делать, он пробовал приподнять Алину, но тут же опустил руки, услышав ее болезненный стон.
Саша уже вызывал скорую, но Семен прикрикнул на него.
– Оставь, они будут ехать слишком долго. Иди, открой пошире дверь.
Семен все же взял себя в руки и кое-как смог поднять Алину так аккуратно, словно ребенка, боясь сделать ей еще больнее. Он спустился с ней по лестнице и вышел во двор. Саша выбежал первым, открывая подъездную дверь и после машину. Семен уложил Алину на заднее сидение и рванул за руль. Он видел, как Саша крикнул Ане и Ване, что качались на качелях, и первым вырулил со двора.