– Что случилось? – бросил он ей, хотя и сам знал ответ. Но сердце отказывалось верить, а мозг, подстегиваемый яростью, отчаянно нуждался в информации. Любой! Пускай это будет собака. Или волк. Или даже медведь! Пускай ей безумно страшно, но она в порядке! Пускай это не ее кровь на сарафане. Что-нибудь, пожалуйста, но только не самое страшное.
Анна молчала. Блуждающим взглядом она искала Ваню, а найдя слабо улыбнулась. Опьяненное воображение Саши рисовало ему невероятные картинки, и он продолжал держать Анну, сжимая за плечи. Черт! Почему же она молчит? Его крик застрял в горле, и он тут же возненавидел, потому что отчетливо понимал, чем вызвана эта тишина. Также, как и то, что он должен узнать правду. И тогда, с силой сжав ей плечи, он спросил снова: – Кто это сделал?
Анна подняла на него свои красные, зареванные глаза и на миг даже перестала плакать. Она словно обдумывала, стоит ли ему говорить или нет. Саша забыл, как дышать. С жадным нетерпением он вслушивался в ее прерывистое сопение. И с досадой воскликнул, когда она покачала головой, закрывая лицо руками.
– Кто это сделал? – Схватив ее за руки, Саша не хотел мириться с ее нежеланием объясниться. Он понимал, что криком ничего не добьется. Но сдержаться, увы, был не в силах. – Кто? – Как мантру повторял он ей в лицо, неистово моля ее ответить. Он хотел знать. Он должен был знать, кто мог позволить себе сделать такое с ней. С его Анной.
Она вырывала руки и вновь обняла себя за плечи. Саша тяжело вздохнул. Дурак, видя, как Анну бьет дрожь, он стоит и выпытывает правду. Тяжелую и нужную только ему правду. Размазав слезы по ее лицу еще больше, он прижал Анну к груди. Шептал на ухо слова утешения, которые вряд ли она слушала. Гладил ее по голове, расправляя торчащие волосы. Теперь его единственным желанием было стереть ее отчаяние. Разделить тревогу. И наконец, оказаться нужным.
И ее прорвало. Она рыдала так сильно, что Саша боялся даже представить, что же у нее на душе. Аккуратно, словно фарфоровую куклу, он повел ее обратно к больнице, а когда Анна в очередной раз оступилась, он с легкостью поднял и понес ее на руках. Она была словно пушинка, почти невесомая, такая маленькая и худенькая. Сложнее всего оказалось идти медленно, продолжая нашептывать ей на ухо, когда она обвила его за шею, уткнулась в плечо и уже не рыдала так, как прежде, лишь изредка всхлипывая. Потому что он… Он так боялся ее потерять.
Ваня шел рядом, низко опустив голову. Он пинал ногой шишку, выпавшую из сумочки сестры. Может быть он корил себя, что не защитил ее, а может злился, что бросил ее там одну. Когда все закончится, Саша пообещал себе, что обязательно еще раз отведет Ваню в парк аттракционов. Но в этот раз он будет кататься вместе с ним.
Войдя в приемное отделение в который раз за день, Саша подозвал медсестру. Она, недовольно цокнув, окрикнула тех же санитаров, что совсем недавно увезли Алину и задала Саше тот же список вопросов, что и ранее. Семен, услышав знакомый голос, поднял голову в изумлении. Он подошел к Саше и, ничего не сказав, похлопал по плечу. Они, сами того не желая, вдруг оказались в одной упряжке. И когда Анну увезли, все трое сели на скамейку и стали ждать.
– Кто это сделал? – перекрикивая гул, стоящий в приемном отделении, громко спросил Семен.
Саша больно сжал двумя пальцами переносицу.
– Я не знаю.
– А он? – Семен кивнул на Ваню.
– Он не говорит.
Семен полез в карман за телефоном.
– Но это не значит, что он слепой. Вот, держи. – Он загрузил сайт компании на страничке «Контакты». Напротив каждого члена управленческого состава стояла фотография. Увеличив фото Глеба, Семен протянул телефон Саше.
– Неужели ты думаешь, это он? – удивленно спросил Саша.