— Триста.
И Соня не выдержала и размахнулась, чтобы дать подруге тумака, но та, ловко увернулась. Нонна отрывается от рукописи.
— Ссорьтесь, ссорьтесь, девочки. Я все записываю. Бумага стерпит. Только вот что потом о вас люди прочтут?
— А что там все-таки за женихи? — снова тихо спрашивает Лосева.
— Хорошие, девочки! И в таком большом количестве, что даже глаза разбегаются. Верите? Я даже пожалела, что за Жориком замужем.
— Ну, не в первый же раз?
Так, теперь Нонка принялась ее донимать. Соня сама знает, что с Жоркой надо разводиться, но жалко. После показательных выступлений с Никитой Михалковым страшно за него становится. Кто еще за ним будет ходить, как за больным ребенком?
— Злая ты, — сказала Соня. — А он, между прочим, хорошо к тебе относится. Называет тебя ласково… — Соня уже поняла, что сболтнула лишнее, но по инерции договорила: — Бессмысленной курицей.
— Очень хорошо относится.
— Очень ласково. Интересно, а как он меня называет? — интересуется Юля.
И Соня честно отвечает:
— Лучше тебе этого не знать.
— Козел.
— А твой Коррадо — зануда.
— Спора не получится. Он же иностранец! Все иностранцы — зануды, — радостно говорит Юля. — Все, все, все. Мир, дружба, жвачка! Мы нашли общий язык.
Но теперь Соня демонстрирует характер.
— Жвачка! У тебя только жвачка!
У Нонки начинала болеть голова. Подруги так тарахтели, что она уже не понимала, кто на кого нападал, кто от кого защищался.
— Не ссорьтесь, девочки! Сонь, зачем нам женихи? Какие женихи? К чему ты это все рассказываешь? У меня времени совсем мало. Мне работать еще сегодня — расписывать рекламные ролики для радио.
Точно! Работать. Зарабатывать деньги. Она ведь с этим пришла. Конечно, она с этого и начала, но Лосева со своим интересом к женихам сбила с толку.
— Ноник, я к тебе с деловым предложением, — заявляет Соня.
Нонна впервые проявляет хоть какой-то интерес к тому, что рассказывает подруга.
— Ноник, она хочет тебя продать миллионеру, — предположила Юля.
— Дурочка! Сама-то поняла, что сказала? — Соня хватает Нонку за руки, пытаясь привлечь ее внимание. — Там можно заключить договор и вписать к себе иностранца.
— Вписать?! Как это?
— Вписать — значит поселить на время. Допустим, сдаешь ты угол иностранцу за весьма существенную плату, а он про тебя диссертацию пишет.
— Про меня?!
— А ты думаешь, что недостойна? — спрашивает Юля.
— Про твой быт, — уточняет Соня.
— Не надо! — просит Нонна.
— Надо, надо.
Нонна и Нина Афанасьевна прекрасно дополняли огромное, во всю стену, панно «Амур и Психея». Время от времени через зал, громыхая бодрыми старческими ногами, проходили группы иностранных туристов под руководством громкоголосых гидов.
Нина Афанасьевна с достоинством комментирует:
— Итак, вы видите, какую важную работу мы выполняем. Мы связываем мир Запада с миром…
— Востока? — робко подсказывает Нонна.
— Совершенно верно. И некоторые из наших гостей — люди удивительного свойства. Они хотят узнать не парадную, фасадную красоту России, а как бы это выразиться…
— Исподнего захотелось?
— Нонна… — Нина Афанасьевна заглядывает в бумажку. — Владимировна, не так. Совсем не так. Это люди, которые хотят узнать, как мы живем, как мы думаем…
Нонна понимает:
— Шпионы.
Нина Афанасьевна мягко возражает:
— Исследователи, неуспокоенные души.
— Живые мертвецы.
Нина Афанасьевна уточняет:
— Люди, бросающиеся в самое пекло событий.
— Экстремалы.
Но Нину Афанасьевну с мысли не сбить. На своем веку она повидала всех, кого упомянула Нонна, — и шпионов, и экстремалов, и даже живых мертвецов — к ним легко можно было причислить древних, но любопытных стариков из Новой Зеландии, приехавших вчера за впечатлениями и невестами.
— Так что вы подумайте, согласны ли вы поселить у себя дома одного из таких людей?
— Я согласна. Только знаете, я не хочу, чтобы обо мне писали диссертацию. Я не подопытный кролик. Пусть это будет не ученый.
— Мы подберем вам кого-нибудь другого.
— Что я должна для этого сделать?
— Подпишем договор, в котором вы обязуетесь кормить, поить и ублажать…
Нонна испуганно вскидывает голову, и Нина Афанасьевна вынуждена поправить себя:
— Не волнуйтесь, я не так выразилась. Вы должны всячески ухаживать за вашим гостем. Не дать почувствовать себя одиноким, покинутым. Вот, например, недавно приезжал гость из солнечной Андалузии и, представляете, — ногу натер. До крови! Так ему хозяйка компресс делала из лекарственных трав, произрастающих на труднодоступной горной территории Тянь-Шаня. Расстались лучшими друзьями.