Я насторожился. Новости о новых действующих лицах параноидального спектакля оптимизма не прибавляли.
— Кому? Об этом меня не предупреждали!
— Вдовствующая герцогиня — матушка герцога Милоша, Её Светлость Госпожа Донка. Без её согласия ваш брак с герцогом невозможен.
В груди что-то ёкнуло. Не знаю, моя это была грудь или Шарлотты, но ёкнуло конкретно.
— Опа, вот кино хорошее! — я попытался изобразить беззаботность. — А если я ей не понравлюсь? Отменят свадьбу?
— Боюсь, что этим дело не ограничится, — спокойно сказала служанка. — Ваш род покроется страшным позором. Но не переживайте, ваша публичная казнь сможет загладить сей неприятный момент.
— Всего-то? А я уж подумал… — и тут меня как током ударило. — Стоп! Ты сказала — казнь?! Моя казнь?! Это, когда виселица, палач и все дела?
— Нет, нет! — умиротворяющим голосом пропела Вайорика. — Для вас будет плаха и острозаточенный топор. Одно мгновение — вжик — и ваша голова отделена от тела.
— Это ты меня сейчас пыталась успокоить? — брякнул я. — Знаешь, хреновый из тебя успокаиватель.
Вайорика виновато улыбнулась.
Я глубоко вздохнул — настолько глубоко, насколько позволял идиотский корсет:
— Ладно, — я повернулся к зеркалу. Симпатичная блондинка в роскошном платье смотрела на меня испуганными голубыми глазами. — Думаю, до этого дело не дойдёт. Ну кому может не понравиться такая милаха, верно?
Служанка ничего не ответила, и почему-то отвела взгляд. По моей спине поползли мерзкие мурашки.
Минут через десять мы вышли из дома.
Сад поместья Лукасц оказался таким же помпезным, как и его владелец-маркиз. Ухоженные дорожки, фонтаны, какие-то статуи, раскидистые деревья, усыпанные цветами и крупными фруктами, — всё по высшему разряду. Вполне уютненько, если бы не жара… А солнышко шпарило конкретно. Да ещё и отстойный корсет впивался в тело железной хваткой, платье липло к телу, а причёска на моей голове весила, наверное, килограмма три.
Вайорика вела меня к беседке, где уже собралась внушительная компания. Я разглядел маркиза Лукасца, прячущегося в тени и пыхтящего от зноя в своём тяжёлом наряде, несколько слуг, суетящихся вокруг, и ещё двоих разряженных господ — женщину средних лет и какого-то мальца.
На женщине было тёмное платье и массивное ожерелье, слепящее глаза. Она стояла прямо, как кол, и смотрела в мою сторону так, как будто хотела испепелить. Рядом с ней — молодой парень лет девятнадцати с мечтательным выражением лица и улыбкой влюблённого идиота.
Вайорика шепнула мне на ухо:
— Помните, Миледи: учтивость, скромность и ни одного лишнего слова. Приветствуйте её Сиятельство Герцогиню Донку только поклоном.
— Ага, — пробормотал я. — Постараюсь. Хотя, я же красотка, а красотки и старухам нравятся.
Мы подошли ближе. Женщина продолжала сверлить меня острыми зрачками, а когда я выдал корявый реверанс, фыркнула с таким пренебрежением, что даже меня передёрнуло.
— Ну-у, — глупо улыбнулся я служанке. — Может я и ошибался.
Глаза герцогини сузились.
— Вы что-то изволили сказать, миледи?
Я растерянно закусил губу. Вайорика тут же закрыла меня собой и, мило прощебетала:
— Что вы, госпожа! Миледи Шарлотта никогда не посмеет раскрыть рта без вашего разрешения.
Донка надменно цокнула языком и отвернулась.
— Зато у её служанки слишком длинный язык. На месте маркиза я бы давно укоротила его!
Она бросила испытывающий взгляд на отца Шарлотты, который стоял в стороне, обмахиваясь крохотным платочком. Маркиз заметил взгляд герцогини и попытался сделать учтивый поклон — и из его кармана выпало надкусанное яблоко. Он смущённо заулыбался и попытался откинуть яблоко ногой, чем привлёк к себе ещё больше ядовитого внимания.
Донка фыркнула и открыла рот, чтобы выдать очередную гадость, но юный спутник, вдруг нежно обнял женщину за колючие плечи и поцеловал её в лоб.
— Фу! — вырвалось у меня.
Донка мгновенно смягчилась и посмотрела на паренька бесконечно любящими глазами.
— Ах, матушка, — пропел он. — Не правда ли, какой сегодня чудесный день?
Я склонился к Вайорике:
— Отвратное зрелище, да? — прошептал я громко. — Или парнишка думает, что после его поцелуйчиков старая жаба превратится в сексапильную принцесску?
Вайорика силилась сохранить спокойствие, но не сдержалась и прыснула смехом.
— Миледи, нельзя шутить над герцогом Милошем и его матушкой, — она пыталась сказать это серьёзно, но вышло не очень.