Оказалось, что торопиться стоит и сейчас. Ивета вздрогнула от щелчка бича, и поспешила за остальными женщинами, уже выходящими через двери с противоположной стороны от входа. Она крепко сжимала лямку сумки, чтобы та меньше качалась при ходьбе и осматривалась по сторонам. Каменные стены коридора были освещены такими же шарами, как и в спальне, только они были меньше и располагались реже, поэтому вокруг было по-прежнему не слишком светло.
Следующим помещением оказалась столовая. Люди брали из стоящей стопки чашки, получали свою порцию еды и отходили в сторону. Они садились за столы и ели очень быстро, чтобы освободить место следующим. Не было слышно разговоров, тем более смеха. Только стук ложек по тарелкам, шорохи шагов, да щелчки бичей, которыми надсмотрщики подгоняли, как им казалось, замешкавшихся. Правда это не помогало людям двигаться быстрее. Нет, они все старались делать вид, что торопятся, но было видно, что как раз торопиться им хотелось меньше всего.
Тусклое освещение не позволяло рассмотреть все в подробностях, потому, когда Ивета, получив свою порцию каши и кусок сероватого хлеба, села на освободившееся место, она с удивление обнаружила, что и столы и лавки каменные. Будто были вырезаны из гранита, переходящего в пол. Девушка провела кончиками пальцев по ровной поверхности, удивляясь, как можно было добиться такой гладкости. Севшая справа от Иветы женщина толкнула травницу локтем, пытаясь есть свою похлебку, неумело держа ложку левой рукой. Соседка посмотрела на девушку усталым взглядом, вздохнула и вернулась к еде. Правая ладонь женщины была перебинтована грязной повязкой и Ивета, не задумываясь, потянулась к женщине, негромко предположив:
– Давайте посмотрю.
Не то, чтобы женщина тут же протянула руку, но не мешала, явно удивленная таким поведением. Так же недоуменно посмотрела на них сидящая напротив девушка, но тут же уткнула взгляд обратно в тарелку. Травница сноровисто размотала повязку и осмотрела глубокий порез. На краях раны кожа уже начала краснеть и ничего хорошего это не сулило. Девушка отыскала в своей сумке небольшую баночку с бальзамом на травах и, обработав порез, забинтовала уже чистыми тряпицами, оторванными от подола рубахи.
Одновременно со своими действиями травница тихо рассказывала, как часто надо менять повязку или давать порезу подсохнуть. Раздавшийся прямо над ухом щелчок бича даже колыхнул выбившиеся из косы волосы. Ивета вздрогнула, резко выпрямляясь и поняла, что поесть она не успела. Быстро затолкнув в себя несколько ложек похлебки, уже поднимаясь от стола, девушка едва не поперхнулась, услышав от соседки тихое:
– Спасибо, дочка. Будь тут осторожней.
Ивета постаралась быстрее проглотить еду, даже не чувствуя её вкуса, чтобы поблагодарить за совет. Но хлёсткий звук уже не щелчка, удара бичом, прекратил их разговор. Женщина выпрямилась и торопливо поставила свою чашку на стол у выхода. Ивета проделала то же самое и попыталась нагнать собеседницу. И совершено не ожидала, что идущая рядом девушка, даже не глядя на травницу, сунет ей в руку кусочек хлеба. Ивета закусила губу не зная как отблагодарить за такую неожиданную заботу.
– Не верь им, – тихо шепнула девушка, одними глазами указав на сопровождающего их эльфа.
Травница успела лишь кивнуть, когда коридор неожиданно расширился. Сопровождающие отступили к стенам, а напротив несколько темных эльфов указывали пальцами на работников и молча разворачивались, не обращая внимания, следуют ли те за ним. Возможно кто-то и следил за исполнением приказов, но скорей всего этого не требовалось – все работники шли безропотно, хотя Ивета заметила, что кто-то еще до выбора старается приостановиться или наоборот, выступить вперед рядом с определённым эльфом. Девушку дёрнули за руку, она даже не успела понять кто, как пронзительный взгляд красных глаз упёрся в неё. Тёмный эльф с длинными белоснежными волосами, собранными в косицу, указал на Ивету, и тут же перешёл дальше.
Травнице осталось лишь последовать с группой работниц и стараться не отставать, когда они вышли из помещения, где проходил выбор. Ивета то и дело спотыкалась, не замечая ступеней, девушка впервые видела такие высокие, уходящие в темноту строения и постоянно отвлекалась, рассматривая что-то вверху. Хрупкие, почти воздушные мостики соединяли этажи, будто вырастающие из камня башни, и всё это пересекали полосы светящегося мха. Где-то голубоватых, где-то жёлтых, где-то фиолетовых цветов, иногда извиваясь, иногда прямыми резкими линиями, иногда оставляя целые куски не освещенного камня, казавшегося черным. Окон почти не было, зато хватало дверей. Ивету в очередной раз подтолкнули слегка сзади, чтобы она повернула в нужный проход, и травница благодарно улыбнулась девушке, которая утром дала ей хлеб.