Поднимать ковш было нелегко. Выливать из него воду на спину оказалось ещё неприятнее. Соль и яд растворялись, но пока вымывались, перетекая по ранам, доставляли невероятную боль.
Стук в дверь оповестил, что пришла та, из-за которой он испытывает всё это. Потому что остался жив.
– Входит только лирд, – крикнул он так громко, как только мог. Ризтайерр специально не стал закрывать замки.
Послышалось поскрипывание двери, шорохи одежды и тишина.
Вдохнув и выдохнув, эльф снова поднял ковш с водой. Он придерживался за стену, и, сжав зубы, продолжал обмывать спину, пока не стал ощущать лишь пощипывание. Риз с тоской посмотрел на банку принесенной мази. Обработать себя ему не удастся. Он и в лучшие времена мог изогнуться так с трудом.
Выбравшись из ванны, дроу скорей по привычке старался скрывать боль. Человечка и так на своей шкуре должна была понять что с ним произошло. Он посмотрел, что она ещё держится на ногах и кивнул на ванну:
– Обработай.
Она должна была понять.
Медленно добравшись до кровати, Ризтайерр так же неторопливо лег на живот, опасаясь даже дышать глубже, не то что шевельнуться лишний раз. Плеск воды и шорохи из ванны вгоняли в состояние транса и нереальности всего происходящего. Он лежал закрыв глаза и наслаждался ощущением, что спина всего лишь горит адским пламенем. Какая мелочь.
Наконец человечка закончила и Ризтайерр начал морально готовиться, что придётся вставать, бередить раны, чтобы закрыть за ней дверь. Иначе эльф не смог бы уснуть.
Он уже даже приподнялся на руках, когда услышал:
– Я могу обработать спину, – предложила она. И чуть замешкавшись, добавила: – Мне не сложно, а самому не удобно.
Ризтайерр замер и медленно повернул голову, чтобы посмотреть на лирда. Человечка была полностью одета и выглядела бледнее обычного, на лице ярко выделялись лишь глаза. Однако невозможно было усмотреть, что она шутит. Будь это кто-то другой, Риз бы мог предположить желание поиздеваться над ним. Но вряд ли это стал бы делать лирд, в теле которого всё отзовётся. К тому же поступи она так, он имеет полное право закончить то, что так хотелось. Не сейчас, конечно, но всё таки.
– Давай, – наконец согласился Риз и снова медленно лег на кровать.
От первого прикосновения он вздрогнул. Не от боли – непривычно было подпускать к себе кого-то, тем более в момент, когда был настолько слаб. Постепенно жар на спине спадал, сменяясь приятной прохладой, и Ризтайерр поймал себя на том, что едва не урчит от удовольствия. Возможно поэтому, услышав, что человечка закрывает банку с мазью, он предложил:
– Можешь остаться. Не трону.
Попытка тронуть кого-то с его стороны сейчас в принципе выглядела абсурдной.
– Выздоравливайте, зиз Ризтайерр, – на прощание сказала лирд, перед тем как выйти из его комнаты.
– Конечно, это же в наших общих интересах, – пробурчал эльф.
Настроение стремительно неслось вниз. Наверно потому, что ему предстояло встать, разбередив только успокоившиеся раны, чтобы запереться на замки. В кровать вернулся угрюмый эльф, вынужденный провести эту ночь лежа на животе. Спать он так не привык, да и мазь постепенно впитывалась, и спина начинала ныть. Однако больше ничего он не мог сделать, лишь лежать, закрыв глаза, стараясь меньше шевелиться.
***
Открыв глаза, Ризтайерр понял, что всё таки заснул. Прошли уже сутки и за это время его развлекали разве что орехи и фрукты, принесенные из кухни. Одно дело лежать, ожидая врага в засаде, другое просто дожидаться заживления. Когда приходится готовиться к каждому движению. Когда не знаешь насколько это будет неприятно. Когда не знаешь когда это закончится. Когда не можешь прогнать мысли из своей головы, и хоть как-то отвлечься. Наверно это последствия «яда лирда», что все его размышления в итоге крутились вокруг этой человечки.
Так просто не может дальше продолжаться.
Медленно приподнявшись на руках, эльф удивленно хмыкнул. Спину стягивало, но если не делать резких движений, существование становилось вполне терпимым. Потянуться, конечно, не удалось, но он хотя бы сел и не проклял все на свете за это время.
Рядом с кроватью по-прежнему стояла банка с лечебной мазью, но Ризтайерр, попытавшись дотянуться до спины, убедился, что у него как будто укоротились руки. Даже открывать этот далеко не приятно пахнущий состав, не было желания. Зато стоило заняться собой. Сейчас он был слабее всего, и Брис наверняка попытается его достать. Поэтому Ризтайерр начал тренировку. Пока ещё без мечей, пытаясь заставить мышцы прогреваться и растягиваться, как и раньше.