Цветут мгновенья, как сад зеленый,
И распускаются в них века,
Как розы – путникам утомленным,
Сюда пришедшим издалека.
Но что я? Где я?.. Тяжелый запах,
Угаром сладким полна изба.
Вцепилась кошка хромою лапой
В ладонь, оставленную у лба.
Ты рада жизни? Ты жизни рада?
Ну, что ж, ну ладно! долой стекло!
Угар уходит. Мороз из сада
Течет струею, как молоко.
94
И оседает белесой влагой
На пальцах стиснутых, на столе,
На клочьях сморщившейся бумаги,
Слегка отсвечивая во мгле...
1975
95
* * *
В просторе голубом
Кружится птичья стая.
И чист, и свеж мой дом
В сыром начале мая.
А впрочем, дом – не дом.
Случайный угол только!
Мы их сменили столько...
Но стоит ли о том?
Не стоит! Так о чем
Я говорить собрался?
Вот видишь, растерялся...
Да, вспомнил! За окном,
Распахнутым окном
Проходит май холодный,
И чист, и свеж мой дом,
Как юноша влюбленный.
Над убранным столом
Струится ветер зябкий.
И пол, протертый тряпкой,
Не помнит о былом.
Не помнит о былом?
Да нет, не забывает!
А если забывает,
То как бы и с трудом.
96
Ему ли, день за днем
Следившему за нами,
Забыть о том, о чем
Мы не забыли сами!
Мы в памяти живем,
Как бы в кругу огромном,
Как бы в лесу сожженном,
И все-таки живом!
. . . . . . . . . . . . . . . .
. . . . . . . . . . . . . . . .
1975
97
* * *
А. Лесных
Высокий дом самоубийц
Ворота мне открыл.
Как много здесь знакомых лиц,
Как многих я любил!
Как часто думал я порой
Над той минутой роковой,
Когда тщета земная
Является нагая;
Когда приходит, наконец,
Пора отбросить бремя
И обессилевший пловец
Переплывает время. –
Но, поднимаясь на крутой
Откос,
скользя по глине,
Что он увидит пред собой
В раскрывшейся пустыне?
И, переплыв теченье лет,
Переплывет ли мысль он,
Что оба – тот и этот свет –
Не более, чем листья;
Чем листья, сорванные мной
В саду соседнем с клена:
Один сухой, совсем сухой –
Другой еще зеленый?..
1975
98
П О С Л Е Г Р О З Ы
Пароход уходит. Дым
Лентой вьется за кормою.
Хорошо быть молодым,
А веселым – лучше втрое!
Как шипит морской прибой,
Разбивается о сваи!
Солнце всходит надо мной,
Ничего не узнавая!
Снова ярок мир и чист,
Снова сердце бьется ровно.
Но кружится желтый лист,
Оторвавшийся от кроны.
И следят, следят за ним
Настороженные ветви,
Утро, море, старый Крым,
Черный дым, соленый ветер,
Перевернутый баркас,
Это небо голубое...
Словно что-то вдруг иное
Им привиделось сейчас.
1976
99
С Т И Р К А
Бутылка с прокушенной соской,
Ребенок, а там, за стеной,
Грохочут стиральные доски,
И стиркою пахнет большой.
Там женщины рук не жалеют,
Пар душной плывет пеленой,
И мыльная пена белеет,
Как гроздья сирени густой.
Им некогда остановиться,
Вздохнуть, распрямиться на миг.
Распарены красные лица,
Развилися локоны их.
Но вот остается немножко.
Пылает закат вдалеке.
Пеленки, рубашки, дорожки
Развешаны ни чердаке.
Теперь отдохнуть не мешает,
И, сидя за узким столом,
Три женщины тихо болтают
Чуть слышным за шаг шепотком.
О чем? Все о том же, о том же,
О вечных заботах своих.
И жизнь и ясна, и несложна
В глухом бормотании их.
100
И смотрит малыш изумленный
На окна, раскрытые в сад,
Откуда на свет воспаленный
Летят мотыльки и летят.
1976
101
* * *
Дай мне гнева и любви,
Дай спокойной силы духа,
Чтоб не жить мне меж людьми
Ни вползренья, ни вполслуха,
Чтоб принять мне на себя
Все, что отдал Ты нам, Боже,
Чтоб – ничтожного ничтожней! –
Из грязи поднялся я.
1977
102
* * *
Все, что так трудно исправлялось,
То, что навеки зачерпнулось,
Все где-то срока дожидалось
И вот опять ко мне вернулось.
Пусть от банальностей не скрыться,
Теперь желанья никакого
Нет – на исписанной странице
И одного исправить слова.
1977
103
* * *
В колею струящийся песок –
Радости, разлуки и печали...