Люба оторвалась от приборов, замерла и уставилась на меня, удерживая долгую паузу. Она так смотрела, что мне стало некомфортно, как будто я заправила юбку в трусы и в таком виде зашла на утреннюю летучку.
— Тебе это зачем? — прищурилась она, скрещивая на груди руки.
— Хочу сходить к нему и убедить забрать ребёнка. Неизвестно, кому отдадут девочку.
— Не известно, что там за отец. Перестань всех идеализировать, Ануш, — укорила меня Люба, хватая висящий на верёвке планшет и записывая туда показания.
— Вот и посмотрю, — упрямо вздёрнула подбородок, да так резко, что лёгкая шапочка слетела с головы на пол. — Поможешь?
— Хочешь пойти в квартиру к незнакомому мужику? — выкатила в возмущение глаза Люба, несдержанно отбрасывая планшет, который жалобно болтаясь поскрёб по пластику кувёза. — А если псих или алкаш? А вдруг нюхает или колется? Ты не подумала, что он может быть насильником?
— Ты же видела эту Ангелину Малышкину, — отмахнулась от панических бредней подруги. — Такие не связываются с наркоманами и алкоголиками. Они с запросами. Им подавай престиж и деньги.
— Вот, лишнее доказательство, что мужик говно, — многозначительно подняла вверх указательный палец Любка. — Твой тоже престижный и денежный. И что? Все они избалованные гондоны.
— И всё же я хочу попытаться, — продолжила гнуть свою точку зрения. — Если не хочешь помогать, то добуду данные по-другому. В конце концов, подкуплю хорошим ликёром нашу Нонну. Она питает слабость к проспиртованному шоколаду.
— Не надо вашей любительнице сладенького ничего нести, — надула губы Люба и свела домиком брови. — Я достану тебе адрес. Но пойдём туда вместе. Завтра. Вечером. Как раз у нормальных людей выходной.
На этом и порешали. Я спустилась в родблок и застряла там до вечера, чуть не попустив уход Устиновой. Любу поймала у лифта, мучаясь любопытством.
— Достала? — набросилась на неё, тормозя за ремешок сумочки.
— Достала, достала, — пронудила она, доставая из кармана пальто пожёванную бумажку. — Но получишь ты её…
— Прямо сейчас, — не дала ей договорить, выхватывая заветный адрес. — Всё. Созвонимся завтра и договоримся о времени.
Люба недовольно цокнула и вошла в лифт, а я помахала ей и свернула к лестнице. Спустившись на свой этаж, развернула записку, отвернувшись к окну.
— Так, Савелий Аркадьевич Рогов, живущий… Да здесь недалеко. Хороший райончик.
Я не стала ждать до вечера и поехала туда сразу после смены. По идее, в субботнее утро нормальные люди тоже должны быть дома.
В девять тридцать я уже стояла перед нужной квартирой, прошмыгнув в подъезд с милой женщиной бальзаковского возраста, держащей подмышкой что-то мелкое и дрожащее. Несмело нажала на звонок, подождала нулевой результат, ещё раз ткнула в кнопку, задержав там палец подольше.
Сработало. Говорила же, что нормальные люди утром в субботу всегда дома. Растянула губы в приветливой улыбке, как учила мама держать лицо на мероприятиях. Правда, стоило взглянуть на хозяина, как маска доброжелательности стекла, словно восковая масса.
Глава 7
Ануш
— Клининг? — открыл пошире дверь мужчина, не озаботясь накинуть что-нибудь на себя. Как встал в зажёванных пятой точкой трусах, так и попёр встречать гостей. — Чего так рано?
Мятая рожа, явно страдающая похмельем, торчащие как под электричеством волосы, ушедшие в разгул брови, потерявшиеся в направлениях, на удивление безволосая грудь, хотя на подбородке густая щетина. Моё сканирование остановилось как раз на тёмной полосе, уходящей под резинку стоящих палаткой боксеров. Ну да, утренняя физиология, подтверждающая состоятельность мужика.
— Савелий Иванович Рогов? — уточнила, прежде чем перешагивать коврик с ярко-кислотными пятками и лишать себя удобной дислокации для бегства.
— Ну, — невнятно буркнул хозяин, попытался свести вместе потерявшиеся брови, махнул на это бесполезное дело рукой, развернулся и пошёл в нутро квартиры, по ходу лениво почёсывая ягодицу.
Я посчитала это приглашением и просочилась через проём прикрывая за собой массивную дверь. Да уж. Мне жутко повезло, что я не сотрудник клининговой компании. Абсолютно белая комната, переходящая в такого же цвета кухню, была варварски загажена бурной вечеринкой. Брезгливо обтёрла об пальто ладони, обходя кучку на полу какой-то зелёной массы.