За первой обнаруживается гардеробная, сейчас правда пустующая. За второй нахожу то, что мне надо – ванная тоже в белых тонах с вкраплениями серебра. Сантехника черная и выглядит настолько дорого, что я еще раз морщусь. Долбанные хозяева жизни.
Опираюсь на раковину, поднимая глаза к зеркалу. Судорожно втягиваю воздух сквозь зубы. Зрелище то еще. На коже шеи и груди расцветают синяки. Опускаю взгляд ниже и понимаю, что на бедрах та же картина. Но больше всего меня злят две отметины у основания шеи, оставленные их клыками. Метки, которыми они обозначили меня, как свою собственность. Ровные полукружия, покрытые засохшей кровью, которые я без колебаний срезала бы вместе с кожей, если бы у меня был нож.
И этим заставила бы их наделать мне новых. Вздыхаю, закрывая глаза. Нужно взять себя в руки. Нужно придумать, как выжить и не сойти с ума в этом кошмаре. Стою так пару минут, а потом набираю воды в огромную каменную ванную и погружаюсь в исходящее паром тепло. Некоторое время просто сижу, потом выбираю из кучи бутылок и банок, выстроившихся на полках, какой-то гель, пахнущий смесью персика и ванили, и намыливаюсь, яростно растирая тело мочалкой, как будто это поможет мне стереть с себя их прикосновения.
Успокаиваюсь, выбившись из сил. Замираю в воде, пока она не становится холодной, а потом вылезаю, закутываясь в огромное махровое полотенце. Возвращаюсь в комнату, гадая, что делать, ведь эти уроды разорвали мою одежду, но с удивлением обнаруживаю на уже перестеленной и заправленной кровати легкий спортивный костюм жемчужно-серого цвета и комплект скромного хлопкового белья. Одеваюсь, думая, откуда здесь взялись эти вещи. Единственное объяснение, которое приходит на ум, это то, что альфы приставили кого-то из слуг следить за моим пробуждением. Ткань легко ложится на тело, свободно спадая и не сковывая движений. Застегиваю молнию на кофте и слышу стук в дверь, за которым она сразу же открывается, впуская в комнату миловидную женщину средних лет в белом халате поверх делового бордового костюма и с забранными в пучок рыжими волосами.
— Мисс Блэквуд, вижу, вы чувствуете себя получше, — говорит, сканируя меня взглядом голубых глаз, спрятанных за стеклами круглых очков.
Смотрю на нее, хмурясь. Не понимаю, откуда знает, как меня зовут, никому из них не говорила свое имя. Значит, уже успели собрать на меня полную информацию, что еще больше злит меня.
— Вы кто? — спрашиваю рыжую, подмечая черный браслет на запястье.
Низшая, как и я. Черт... Осекаюсь. Какая я теперь низшая? Подонки ясно дали понять, что я омега.
— Я врач. Альфа Райли попросил вас осмотреть, как только вы проснетесь.
— Кто? — сразу думаю на сероглазого. Забота в его стиле.
— Альфа Райли. Саймон Райли. — смотрит на меня, видя, что не понимаю. — Он носит маску на лице.
Черепастый? Попросил меня осмотреть? Не думала, что смогу чему-то удивиться в этом дурдоме.
— А второго как зовут? — решаю вытащить из докторицы как можно больше информации, пока есть такая возможность.
Кто знает, что может пригодиться в дальнейшем.
— Джон МакТавиш. — отвечает после небольшой паузы, недовольно поджимая губы. Не нравится, что расспрашиваю. А мне плевать. Мне тоже не нравится, что меня решили сделать игрушкой. — Вы разрешаете себя осмотреть?
— Валяй.
Сажусь на кровать, следя за тем, как начинает ощупывать мое тело. Проходится чуткими пальцами по синякам. Достает из принесенного с собой саквояжа ампулы и берет у меня кровь на анализ. А также оставляет на тумбочке у кровати мази и несколько пластинок с таблетками.
— Я проведу анализы, но думаю, что все в порядке. Тело омег быстро заживает и легко приспосабливается к альфам. — говорит, собирая инструменты в сумку. — Используйте мазь для меток, так быстрее заживет. Таблетки принимайте по одной три раза в день. Там от боли и для ускорения регенерации.
— Почему вы все говорите мне, что я омега, если тесты в центре распределения показали, что я обычная? — перебиваю ее, смотря, как поправляет очки на изящной переносице.
— Такое бывает. Очень редко. Можно сказать один раз на сто тысяч. Но иногда омега созревает позже, как в вашем случае. Мисс Блэквуд, лучше примите это спокойно.
Стискиваю губы, лишь бы сдержаться и не послать ее нахуй. Посмотрела бы я, какой бы она была спокойной, если бы ее оттрахали двое сумасшедших альф.