Просто бред. Я прекрасно помню, как Гоуст сказал, что у них нет инстинкта оберегать меня. Я для них просто игрушка. И теперь это. То, что заставляет меня нервничать, потому что я не понимаю, чего мне ждать. Эмоциональные качели и прыжки от жестокости к нежности расшатывают меня, делая нестабильной. И может быть именно этого они и добиваются. Чтобы сломать меня окончательно и сделать зависимой от них. И я не знаю, что мне делать и как защититься. Потому что они сильнее, и у них власть. А я просто хочу, чтобы все это закончилось. Я не хочу ни их самих, ни их богатства, ни этих подарков. Мне нужно найти выход, потому что как только мой организм окончательно перестроится и начнется течка, я с большой вероятностью забеременею от одного из них. И тогда уже уйти не смогу, потому что ребенка не оставлю ни при каких обстоятельствах.
Тру пальцами виски. От этих мыслей разболелась голова. Возвращаюсь в спальню, закрывая дверь гардеробной, чтобы не видеть этого великолепия, которое меня раздражает. Решаю, что буду брать только необходимое, чтобы не ходить голой. Остальным пользоваться не собираюсь. Я им не безмозглая кукла, которую можно купить дизайнерским платьицем.
Подхожу к тумбочке и выпиваю таблетку обезболивающего, которое оставила рыжая докторица. Выглядываю в окно и вижу движение на улице. У дома несколько машин, огромных и черных, вполне соответствующих раздутому эго этих придурков. Беты рассаживаются в них, хлопая дверьми, а из дома выходят Райли с МакТавишем, уже переодетые в деловые костюмы. Значит и правда куда-то уезжают. Провожаю взглядом колонну внедорожников, которые резко стартуют с места и скрываются за деревьями. Стою некоторое время размышляя о том, что делать.
Раз мне разрешили свободно передвигаться, почему бы и не воспользоваться этим. Приоткрываю дверь, выглядывая в коридор. Газ трется поодаль, облокотившись о стену спиной. Хмыкаю от сочувствия смешанного со злорадностью. И правда, как сторожевой песик. Наверное это для него унизительно.
— Я хочу осмотреть дом. — говорю, выходя из комнаты.
Молчит. Даже не смотрит на меня, сохраняя на лице стоическое выражение. Фыркаю и иду мимо него, заглядывая в комнаты. Тоже мне, Черный Гром. Тот хоть молчал из-за того, что может убить голосом, а этот кого строит из себя.
Он идет за мной, пока обследую комнаты. Ничего интересного на самом деле. Красивый интерьер. Роскошная мебель. Немного воодушевляюсь только когда, побродив по этажам, натыкаюсь на библиотеку. Никогда бы не подумала, что в доме двух психов будут книги. Но они есть. Множество томов, начиная от классики и заканчивая современными популярными авторами заполняют массивные деревянные шкафы вдоль всех четырех стен. Оставляют свободным только место у окна, да в середине комнаты, где расположились несколько кресел и журнальный столик.
— Газ, а ты читал Сандерсона? — спрашиваю, листая массивный том.
Книги моя слабость. И среди них я могла бы находиться часами. Кошусь на него, отрываясь от страниц. Стоит, подпирая боком дверной проем. Молчит, закатывая глаза.
— Нет? А Кристоффа?
Ни слова в ответ. Упрямый осел. Так и хочется стукнуть томиком по голове. Тем более "Путь королей" объемный, больше тысячи страниц. Так и манит поддаться желанию.
— Не любишь фантастику?
Продолжаю доставать его. Не реагирует, словно статуя бездушная. Только ноздри слегка раздуваются, когда вздыхает мученически.
— Ты вообще говорящий? — кладу книгу обратно на полку.
Потом вернусь за ней, если останется желание хоть что-то читать. Иду мимо моего молчаливого сопровождающего, готовая поклясться, что слышала тихий недовольный стон. Шатаюсь по дому еще битый час. Иногда встречаю тихих низших, одетых в форменную одежду, выполняющих какие-то рутинные дела. Вытирающих пыль, складывающих вещи, поливающих растения. Пытаюсь с ними поговорить, но все шарахаются от меня, словно от прокаженной. Либо сами по себе так запуганы, либо альфы запретили со мной разговаривать. Понимаю, что они чувствуют. Я и сама была такой. Бесправной и боящейся. Да и что в итоге поменялось? Ничего. Стало даже хуже. Раньше меня по крайней мере хотя бы не насиловали.
Внизу на первом этаже нахожу большую кухню. Несколько человек в белой одежде кружат у столов, нарезая овощи, обжаривают что-то, суетятся над исходящими паром кастрюлями. Минут пять пытаюсь вывести на разговор толстенького низенького мужичка с тонкими усиками и глазами навыкате. Итальянца, судя по его акценту. Надеюсь, что может быть получится выяснить какую-то полезную информацию. Но добиваюсь только того, что у бедного синьора начинают трястись руки, которыми он безостановочно вытирает пот со лба, вытащив из кармана белый платочек. И паникующей просьбы, произнесенной все же решительно.