— А то сам не такой, — тот издает короткий смешок, беря алкоголь и вливая в себя одним глотком. — Итак, на чем мы остановились? Ах да, убеждали нашу малышку, кто здесь на самом деле главный.
Идет ко мне медленно, плавными грациозными движениями настоящего хищника. Слежу за ним затравленно, понимая, чего он хочет. Вздрагиваю, когда наклоняется и хватает за лодыжку, притягивая к себе. Удивляюсь тому, что у меня еще остались силы бороться. Кричу и вырываюсь, лягаюсь свободной ногой, пытаюсь удержаться руками за пол, обламывая ногти о теплое шершавое дерево. И он хмыкает, наслаждаясь моим сопротивлением. Вижу, как Соуп садится на диван, закинув ногу на колено, продолжая потягивать выпивку из стакана, который греет в руке, и наблюдать, как этот безумный зверь насилует меня. Стискиваю губы. Больше никогда не попрошу его о помощи. Понимаю, что ненавижу его даже больше , чем блондина. Потому что тот не давал мне ложных надежд.
Изворачиваюсь, когда Гоуст подминает меня под себя. Придавливает своим весом, не давая сдвинуться. Вцепляюсь ногтями в его шею, оставляя на коже глубокие кровавые царапины, и в янтарных глазах мелькает злость, смешанная с похотью. Он стискивает мои запястья одной рукой над моей головой так сильно, что я вскрикиваю от ощущения хруста костей под его хваткой. Другой рукой берется за горловину моей футболки и одним рывком разрывает ее, обнажая мою бледную кожу и упругую грудь. Его пальцы очерчивают круги вокруг соска, заставляя его затвердеть, и меня выворачивает от отвращения.
— Не трогай меня, мразь, — шиплю, как разъяренная кошка, а он наклоняется, прикусывая кожу на моей шее.
Не так сильно, чтобы оставить метку, но достаточно, чтобы я вздрогнула от неприятных ощущений.
— Скоро ты будешь просить еще. Умолять, чтобы я трахал тебя как можно сильнее. — шепчет, оставляя укусы на ключицах.
Сжимает жестко ладонью грудь, оставляя красные следы на чувствительной коже. Перекатывает между пальцами сосок, и я мучительно стону от унижения, ерзая спиной по паркету, в попытке избавится от навязанной ласки.
— Никогда. — всего одно слово могу выдавить из себя.
Чувствую, как его уже снова твердый член пульсирует на на моем животе, оставляя на нем следы смазки. Он смеется, отпуская мои руки и стягивая с меня джинсы. Трусики просто разрывает, грубо хватая меня за бедро одной рукой и сразу всовывая в меня пальцы. Мой вскрик больше похож на вой, пытаюсь отодвинуться и стиснуть ноги, но он не дает. Продолжает растягивать меня под себя, и я всхлипываю от болезненного жжения, потому что делает это насухо.
— Задумайся вот о чем, детка, — шепчет мне на ухо, обжигая прерывистым от возбуждения дыханием. Сдавливает ладонью шею, устраиваясь между моими ногами и упираясь головкой члена в мою промежность. — Может быть, ты заслуживаешь всего, что получаешь. В конце концов, ты всего лишь омега, рожденная, чтобы служить и размножаться. Так почему я должен относиться к тебе по другому?
Делает резкое движение бедрами, проникая в меня, и низ живота обжигает болью. Вспышка перед глазами, я кричу. Впиваюсь пальцами в его плечи, чувствуя, как ногти травмируют его кожу даже сквозь ткань рубашки. Глаза в который раз за вечер наполняются слезами, а он хватает меня под коленом так грубо, что наверняка останутся синяки и отклоняет мою ногу в сторону, еще больше открывая для себя.
— Правильно, плачь обо мне. Плачь, чтобы запомнить, кто твой хозяин. — слизывает слезы с моих щек, продолжая жестко трахать. — Теперь ты понимаешь, детка? Вот что происходит, когда ты пытаешься бросить нам вызов.
Больно. Унизительно. Чувствую себя грязной, запачканной им. Тело дергается от каждого его толчка. Ощущаю каждое его проникновение. То, как вбивается в меня, стараясь войти как можно глубже. Как тяжело дышит, сдавливая мои бедра. Как бьется его лобок о мой, когда заходит на всю длину, заставляя каждый раз рвано вскрикивать. Резкие тянущие ощущения внутри только усиливаются, и я боюсь, что он что-то мне повредил. В глазах темнеет. Невольно выгибаю спину, когда увеличивает темп, чтобы хоть как-то компенсировать его мощные движения. Рычит, натягивая мои волосы, заставляя запрокинуть голову и с силой кусает за шею. Чувствую вспышку огня, лавиной прокатившегося по телу, выжигая на мгновение все мысли и оставляя после себя звенящую пустоту. Он оставляет метку, слизывая мою кровь с раны, и делает последние особенно глубокие толчки во мне, замирая и кончая в меня. Ощущаю его сперму внутри. Это конец. Закрываю глаза, желая умереть.