Спустя несколько дней корабль высадил их на берегу реки, которая казалось, обмелела. Кэрри стояла на каменистой почве, и смотрела на высокий водопад, скрывающийся вдали со скалы с невероятным рокотом. Река была там, выше водопада.
-Нам нужно подняться наверх по скалам, - Энди подхватил свою часть ноши, - идем, Кэролайн.
К Кэрри был приставлен дядюшка Питер, который в силу возраста был освобожден от заплечного мешка. Он помогал ей перебираться с камня на камень, поддерживал, чтобы она не упала и следил, чтобы никакая тварь не подползла к его подопечной.
Еще пару дней назад Кэрри познакомилась с кайманами. Она видела их в воде, и поклялась никогда не входить в воду, даже не приближаться к ней. Сейчас же она скакала с камня на камень, цепляясь за свисающие с деревьев лианы.
Кроме кайманов в лесу было полно змей и всяких тварей, которые безбожно кусались. Кэрри вынуждена была прикрепить к шляпе вуаль, как сделали мужчины, чтобы москиты не мешали передвигаться. Тем не менее ее выводило из себя их жужжание, и множество других насекомых, который она никогда не видела, но боялась до ужаса.
Кэролайн знала, что в отряде не довольны тем, что Энди взял в поход ее и старика. Они задерживали движение и нуждались в постоянно опеке. Правда, никто недовольства не высказывал, поэтому Кэрри чувствовала себя достаточно спокойно.
Подъем занял около часа и Кэрри только теперь смогла оценить, во что вляпалась. Сейчас она бы не стала уговаривать Эндрю взять ее в путешествие. Лучше бы она дождалась его в домике в Белене, кормя попугаев в саду. Но пути назад уже не было.
Верхняя река была совсем не такая, как нижняя. Спокойная, неширокая, мутная. Мужчины соорудили лодку из парусины, сели на весла, и поплыли против течения, меняясь местами каждые пол часа. Кэрри сидела на корме рядом с дядюшкой Питером и смотрела, как греются кайманы на песчаных отмелях, коих было тут множество. Вокруг нее то смыкались, то расходились деревья, лианы перекидывались через воду и иногда их приходилось рубить припасенными специально для этого саблями и длинными ножами.
Джунгли жили своей жизнью, шумя листвой, крича голосами неведомых зверей и птиц. Незнакомые звуки и запахи окружали Кэролайн, и она смотрела вокруг с замиранием сердца. Если они смогут плыть так и дальше, то она была не против продолжить путешествие, главное не ступать ногой в переплетение стволов и ветвей на берегу.
На ночь встали лагерем, растянув брезент и выставив часовых. В глубине леса кто-то рычал, скулил и выл, но Кэрри прижалась к Эндрю и заснула, едва успев донести голову до свернутой одежды, служившей ей подушкой.
Наутро бандейрос наловили круглой зубастой рыбы, на вкус напоминавшей окуня, нажарили ее со специями и сварили. Весь последующий день они питались этой рыбой, запивая ее легким вином.
В середине дня они оказались перед еще одним водопадом, на этот раз не слишком высоким, и долго перетаскивали лодку, прорубая себе дорогу в джунглях, не желающих их пускать дальше. Река, что открылась их взорам, когда они наконец-то преодолели подъем, была совсем узкой. Кэрри боялась, что им придется идти пешком, но лодку спустили на воду, и она снова села на корме. Вскоре река нырнула в какое-то подобие тоннеля, с обеих сторон окруженная совершенно отвесными скалами, и следующий, совсем небольшой водопад, им пришлось преодолевать прямо по воде и мокрым, поросшим мхом, камням. С трудом забравшись наверх и чуть было не упустив лодку, путешественники, мокрые и уставшие, продолжили путь в тоннеле, где плыли почти до вечера. Река все мелела, пока лодка не стала скрести по дну, грозя порваться. Пришлось идти по воде, то и дело спотыкаясь и падая, и Кэролайн уже думала, что никогда не выберется из этого ада, когда к вечеру стены тоннеля опустились и они вышли на каменистое плато, окружающее реку. Кайманов здесь не было, зато она увидела странных тварей, похожих на лис, только на длиннющих ногах, будто они шли на ходулях. Кто-то из отряда выстрелил в воздух, и твари разбежались, поскуливая и тявкая, как собачки. Развели костер, наловили рыбы, и снова Кэрри уснула, даже не доползя до брезентового навеса.
Дальше шли пешком. Идти было удобно по ровному камню, и сначала шагали бодро. Но вскоре дорога пошла в гору, стала неровной. Несколько дней пути по камням, бесконечные спуски и подъемы, довели обувь Кэролайн до полной негодности. В запасе у нее были еще одни ботинки, а идти было еще далеко, и стало очевидно, что вряд ли ей хватит обуви до самого конца. Кэрри проклинала свою глупость. Она набрала сорочек и юбок, когда нужно было брать побольше обуви, ведь красоваться тут было не перед кем. Она отказалась от амазонки и переоделась в юбку и блузку, а шляпу приматывала платком, и окутывала вуалью.
Наконец каменистое плато, сменилось степью. Болотистые степи тут назывались сертаны, от слова десерто, пустыня. Кое-где виднелись деревья, но по большей части приходилось идти по открытому пространству под нещадно палящим солнцем. Кэролайн уже с любовью вспоминала гористую местность, хотя еще день назад она казалась ей адом на земле. Иногда встречались озера или заливные болота, где жили коричневые кайманы и разноцветные ядовитые змеи, и путешественники садились в лодку, чтобы дать отдых уставшим ногам.
Спустя несколько дней они набрели на небольшую деревню, где жили белые люди. Это было несколько глиняных домиков с соломенными крышами, жители которых выскочили при виде незнакомцев, вооруженные до зубов, но видя, что те не собираются причинять им какой-либо вред, встретили и угостили их домашней едой. Кэрри была безумно рада хлебу, который у их отряда давно закончился. А еще больше - трем парам сапог ее размера, и тому, что эту ночь она спала в самой настоящей кровати, а не на голой земле.
-Я уже не верю, что это когда-нибудь закончится, - сказала она Энди, когда наутро они сидели на скамье около дома.
Он пожал плечами. Энди загорел, волосы его выцвели, а плечи раздвинулись еще больше. Кэрри откровенно любовалась им.
-Еще несколько дней. Мы пройдем сертан, за ним несколько миль джунглей, и выйдем на плато, где и находится город.
-Почему же эти люди не знают о нем? - резонно спросила она.
Энди пожал плечами.
-Возможно, так далеко они не ходят.
В поселке удалось взять в аренду лошадей. С ними поехали молодые парни, которые должны были ждать их у сельвы с лошадьми и вернуться вместе с ними в поселок.
Сев на коня Кэрри почувствовала себя намного лучше. По крайней мере стало очевидно, что сертан когда-нибудь закончится и что кайман не схватит ее за ногу.
С лошадьми дело пошло гораздо быстрее. И к вечеру они разбили лагерь у подножья поросшего лесом высокого холма, за которым, как понимала Кэрри, и начиналось то самое плоскогорье, о котором говорил Энди. Этой ночью разразилась самая настоящая буря. Вещи были завернуты в брезент, а люди сбились на небольшом клочке земли под навесом, который то и дело пытался сорвать ветер. Кэролайн не смогла уснуть ни на секунду, перепуганная стихией. Она продрогла и замерзла, и только объятья Энди делали ее жизнь сносной. Утром они увидели, что сертан превратился в огромное озеро, куда стекала вода с холмов небольшими ручейками. Почва в лесу размокла и скользила, и дорога в гору давалась путешественникам нелегко.