— Лорд Эдвин..., — Керри смотрела на него, боясь разрыдаться.
Он повернул красивое лицо, словно выточенное из камня, посмотрел прямо на нее, и синие глаза его были, как темные омуты.
— Да, леди Керолайн.
Голос его, всегда мягкий, когда была жива Эмили, звучал стальными нотками, и Керри вся сжалась под его взглядом.
— Вы же не сердитесь на меня?fпочти прошептала она.
Он некоторое время просто смотрел на нее, будто впервые увидел.
— Ну что вы, леди Керолайн, — сказал он наконец, — вы ни в чем не виноваты.
Часть первая. Глава 1. Луна и два бокала вина
После шумного и долгого праздника оставшись одна, Кэрри, донельзя уставшая и взволнованная тем, что ей предстоит, выставила служанок за дверь и самостоятельно переоделась в кружевную ночную рубашку, которую Эмили купила для первой брачной ночи. Мать решила, что не стоит тратиться на новые вещи, и все, что было куплено для Эмили, упаковали в сундуки и отправили в Остхилл для молодой леди Фицжеральд. Кэрри посмотрела в зеркало, загасила все свечи и села на табурет у окна. Сердце ее гулко отсчитывало удары, а луна поднималась все выше, и Керри смотрела на нее, пока усталость не взяла свое.
Лорд Эдвин явился в полночь. Кэрри, которая уснула, положив голову на подоконник, резко очнулась от звука открывающейся двери. В голове у нее завертелись безумные мысли о том, что неплохо бы открыть окно и выпрыгнуть в сад, а, может быть, упасть на колени перед ним и просить его уйти... Все, что вчера говорила ей мать, перепуталось и казалось теперь невозможным. Он не может коснуться ее. Он не может, потому что человек, чьи глаза так смотрят на женщину, не может целовать ее в губы.
Лорд Эдвин подошел к кровати и скинул халат. Кивнул Кэрри и она, как загипнотизированная, пошла к нему. Ночная рубашка, сшитая для Эмили, была ей немного длина, Кэрри наступила на подол, чуть не упала, и порвала кружево. От такого можно было и разрыдаться. Показать себя неуклюжей курицей в сорочке с чужого плеча, что может быть позорнее для невесты? В окно бил свет полной луны, и Кэрри боялась, что ее муж увидит ее слезы.
— Что я должна делать, лорд Эдвин? — спросила она вместо того, чтобы закрыть лицо руками и убежать как можно дальше. Голос ее дрогнул, но Кэрри смело посмотрела ему в лицо.
Луна сделала его четкие черты еще четче, заострила линию носа, а глаза казались глубокими омутами, черными, будто не живыми. Кэрри вздрогнула, но не отступила.
— Вам нечего бояться меня, леди Кэролайн, — сказал он, и голос его прозвучал неожиданно мягко, — мы обязаны консумировать брак, и после этого можем быть свободны друг от друга.
Она кивнула. Лорд Эдвин никогда не нравился ей, хотя она признавала, что он — эталон мужской красоты. Строгий профиль, четкие черты лица, большие глаза и тонкие сжатые губы делали его мечтой любой девушки на выданье. Любой. Но не Кэролайн. Ей нравились открытые веселые лица, а не те, что будто выточены из камня. Эмили думала иначе. Она была без ума от лорда Эдвина. Но Кэрри не Эмили.
— Я... я вас не боюсь, — пролепетала Кэрри и, доказывая свое мужество, села на кровать.
Он помолчал, разглядывая ее. Кэрри вся сжалась под его взглядом, и ей захотелось спрятаться. Поэтому она быстро юркнула под одеяло, что, возможно, должно было еще раз доказать, что она не из робких юных созданий, хотя все было совершенно наоборот. Все ее знания о супружеской постели были почерпнуты из вчерашнего разговора с матерью, из которого она запомнила только, что будет кровь. Крови Кэрри боялась, и сжалась под одеялом.
— Перестаньте, леди Кэролайн, — сказал лорд Эдвин, тоже садясь на постель, — вы так дрожите, что я чувствую себя негодяем.
— Я совсем не боюсь, — отозвалась она, натягивая одеяло до самого подбородка.
Он нахмурился. Кэрри испугалась, что не угодила ему, и готова была разрыдаться.
— Что я должна делать, милорд? Скажите мне, и я выполню все, о чем вы попросите.
Лорд Эдвин молчал. Молчание длилось, казалось, невыносимо долго, и лицо его было будто лицо статуи, на котором не дрогнул ни один мускул.
— Поверьте, леди Кэролайн, — наконец заговорил он, — мне это все так же малоприятно, как и вам. Но если вы будете изображать испуганного ребенка, то совсем ничего не получится. Я не насильник, и, тем более, предпочитаю взрослых женщин. Прошу вас, выпейте вина, попробуйте хоть немного перестать бояться.