— Не утруждайте себя, мистер Лейсон, вам же больно...
— Нет ничего хуже, чем приветствовать даму сидя, — так же тихо отозвался он.
Мэри тут будто очнулась и все же сделала реверанс. Кэрри поджала губы. О чем думает эта дурочка, ее кузина? Умеет только в облаках витать, действительно, придется выдать ее за нищего музыканта, чтобы они целыми днями вздыхали и листали ноты.
Повисло молчание. Кэрри ощутила странное напряжение. Ее Роджер не сводил глаз с Мэри, а та, казалось, одеревенела, и так же не отрываясь смотрела на него.
— Мисс Молл, — проговорила Анна, чтобы разрядить обстановку, — вы раньше не были в Лондоне? Почему мы вас не видели в столице?
— Я..., — Мэри сделала шаг вперед, но не к Анне, а к Роджеру, которому она, казалось, и отвечала, — мы с матушкой ведем замкнутый образ жизни, мисс, и посещаем только редкие музыкальные вечера. Но мой кузен и опекун обещал, что следующий сезон я смогу выезжать.
— Вы интересуетесь музыкой? — спросил Роджер.
Она улыбнулась, и улыбка осветила ее лицо, которое вдруг стало таким же одухотворенным, как вчера после концерта. Кэрри хотелось засмеяться, но Анна и Роджер не видели в выражении лица Мэри ничего смешного, поэтому Кэрри подавила улыбку.
— Я очень люблю музыку, мистер Лейсон. А вы?
— Я тоже играю, — ответил он.
— Играете? — Мэри сделала еще шаг к нему, — это так прекрасно! Я когда играю на фортепиано, уношусь в волшебные страны...
— Мэри, — поморщилась Кэролайн, но Анна и Роджер продолжали смотреть на нее все так же серьезно. И, более того, Роджер смотрел только на Мэри, будто Кэролайн тут и не было.
Кэрри забеспокоилась, но списала все на глупость кузины. Роджер обязан из вежливости отвечать ей, что еще ему делать, как не смотреть на нее?
— Прошу вас, садитесь. Сейчас подадут чай, — засуетилась Анна, помогая Роджеру отставить костыль и сесть на место.
Мэри села рядом с ним, а Кэролайн напротив, чтобы лучше видеть его. Ведь ничего не мешало теперь ей любоваться ее Роджером. Только надоедливая кузина вдруг стала слишком разговорчивой, и отвлекала его внимание все время, пока они пили чай с пирожными. Эти дворе обсуждали музыку, причем склонялись близко друг к другу, будто всегда были знакомы, и глаза Мэри выражали полный восторг. Роджеру снова приходилось отвечать ей, а Кэролайн от нечего делать, так как в музыке она понимала очень мало, оставалось только выспрашивать у Анны, как проходит реабилитация мистера Лейсона.
Оказалось, что Роджер совсем недавно начал разрабатывать ногу, и сейчас еще каждое движение давалось ему с трудом. Брат и сестра выезжали только в ландо, чтобы прокатиться по парку или вдоль реки, и пока еще старались избегать визитов.
Подошло время откланиваться, и Кэрри поняла, что Анна не сделала ничего, чтобы они остались с Роджером наедине. Возможно, он не готов еще к страсти, решила она. Или Мэри так надоела ему своими глупыми разговорами, что у мистера Лейсона не было возможности отделаться от нее. Расстроенная, злая на Мэри, Кэролайн поднялась со своего места, выслушала, как брат и сестра Лейсон рады ей и ее кузине, и как ждут их нового визита. Мэри смотрела на мистера Лейсона, а мистер Лейсон не сводил глаз с Мэри. Он поклонился ей, взял руку девушки, поднес к губам, коснувшись только конца ее длинных тонких пальцев. Мэри вспыхнула, подхватила голубое платье и поспешила уйти.
Как только ее тонкая фигурка скрылась в дверях, Роджер Лейсон будто очнулся и посмотрел на Кэролайн. Та вспыхнула и опустила глаза.
— Леди Кэролайн, очень жаль, что нам не удалось пообщаться с вами подольше, — сказал он, — я думаю, что завтра смогу нанести вам визит.
Визит? Да он сошел с ума! Не дай Господь, тетушки прознают про дуэль... и тогда...
— Если вам так угодно, — вместо этого ответила Кэрри не в силах отказаться от возможности увидеть его, и последовала за лакеем к выходу.
Мэри ждала ее в коляске. Огромные ее глаза сияли, будто наполненные светом.
Да она сумасшедшая, вдруг догадалась Кэрри. Только испортила ей всю поездку, которую она так долго ждала. Разочарование перемешалось с радостным ожиданием завтрашней встречи, и Кэрри немного примирилась с собой. Мэри сидела тихо, как мышка, думая о чем-то возвышенном. Черт бы побрал кузину, которая вечно путается под ногами. Хоть бы сказала чего.
И Мэри сказала.
Она посмотрела на Кэролайн своими огромными блестящими глазами и сказала:
— Кэролайн. Я, кажется, влюбилась...
— Что? — Кэрри вынырнула из собственных мыслей.