— Обратно в Англию? — переспросил он и голос его дрогнул.
— Ну да, я должна вернуться к мужу. Я...
— Даже не думай! — Энди сел, сжал себя руками, — Кэрри, даже не думай. Я тебя никому не отдам.
— Но мой долг...- начала она.
— Вот только ханжу снова не изображай, — он посмотрел на нее, и Кэрри поразилась тому, как сверкнули его глаза.
Она потянулась к нему, совсем растерявшись, но он отстранился.
— Неужели я для тебя ничего не значу? — спросил он.
— Как ты можешь говорить такое? — воскликнула Кэрри, — я люблю тебя! Только тебя!
— Но хочешь вернуться к мужу.
— Не хочу, но должна.
— Да это одно и тоже! Это одно и тоже! Ты будешь принадлежать ему, а не мне!
Кэрри пожала плечами.
— Я и сейчас принадлежу ему. Даже если он и не желает меня видеть.
Эндрю встал, накинул халат и стал ходить по комнате, нервно меря ее шагами. Потом подскочил к Кэролайн и схватил ее за плечи.
— Ты можешь принадлежать только мне! — страстно проговорил он, — только мне!
— Но это невозможно, Энди! Лорд Эдвин — мой муж! Только он может решать, что мне делать. Твой отец напишет письмо с просьбой позволить мне остаться до Рождества или около того. Мы так договорились. А дальше уже как решит лорд Эдвин, — она вздохнула и положила руки ему на грудь, — я надеюсь, что я ему не нужна, поэтому вряд ли он будет против.
— Кэрри, — прошептал Энди, падая к ее ногам, и хватая ее за руки, — Кэрри, любовь моя... станешь ли ты моей женой?
Кэролайн смотрела на него, как на сумасшедшего.
— Как это возможно, Энди? — спросила она.
— Не бывает невозможного. Сейчас, — он вскочил и выбежал из комнаты, рискуя перебудить пол дома.
Кэролайн смотрела ему в след, совершенно ничего не понимая.
Эндрю вернулся через несколько минут, неся в руках какой-то сверток. Он подошел к столу, зажег свечи, и подозвал Кэролайн к себе, разворачивая сложенный вчетверо лист темной пожелтевшей бумаги.
— Послушай меня, Кэролайн... Он пододвинул к столу два стула и сел, предложив Кэрри сесть рядом с ним. — Я хочу показать тебе кое-что. Ты всегда успеешь вернуться к мужу, будь он неладен. Но я не хочу этого, видит Бог! Кэрри, готова ли ты уплыть со мной за тридевять земель? Только ты и я?
Кэрри молчала. Перед ней на столе лежала старая потрепанная карта с розой ветров в углу, с обозначениями океана, островов и большого куска суши, где в глубине стоял красный крест, до которого от моря шла пунктирная линия. Надписи на иностранном языке дополняли карту. Кэролайн не знала этого языка. Голова ее закружилась, она смотрела на карту, а слышала шум моря, чувствовала вкус соленого ветра.
— Ты хочешь...
— Мой отец разорен, Кэролайн, — сказал он поднимая голову от карты и смотря на нее, — табак упал в цене, мы запутались в долгах. Нужно убирать табак и сажать что-то другое, но денег на это тоже нет. Я был в Нью-Йорке, пытаясь найти того, кто сможет вложить деньги в нашу латифундию или хотя бы даст долгосрочный заем, но такого не нашел. Твой муж тоже не в состоянии помочь нам.
Кэрри с трудом оторвалась от карты и тоже подняла голову.
— И причем тут карта?
— Я купил ее у старого моряка. Когда-то давно, лет сто назад, несколько бандейранты нашли затерянный в сертанах город. Город, в котором золото валялось на земле. Старый моряк был там много лет назад, но золото, что принес он себе, давно закончилось, и осталась только этак карта.
— Энди, но ведь...
— Карта абсолютно точная.
Кэрри провела пальцем по пунктирной линии, пересекавшей лесное пространство.
— Но это же очень далеко.
— Моряк рассказал мне все. Можно подняться по реке, а потом идти через сертан, что гораздо проще, чем продираться сквозь джунгли.
— Ты хочешь спасти отца от разорения, найдя этот золотой город? — Кэрри снова склонилась над картой.
— Да. А потом я женюсь на тебе.
— Как? — она всплеснула руками, — как, Энди? За полгода вряд ли с моим мужем что-то случится!
— Обязательно случится, — заверил он, — так ты выйдешь за меня замуж?
— Если с лордом Эдвином произойдет несчастный случай? — уточнила она, смотря ему в глаза.
Эндрю не опустил взгляда. Он взял ее за руки и притянул к себе.
— Да, — прошептал он.
Кэрри молчала. Сердце ее забилось от осознания, что сейчас она должна сделать выбор. На одной чаше весов лежал Остхилл с его тоской, скукой и холодным отстраненным мужем, на другой — путешествие в незнакомую страну с любимым человеком и счастливая жизнь с ним, подобная той, что вел лорд Оскар. Она заметалась, не совсем понимая, куда исчезнет лорд Эдвин, но желание поехать в путешествие и провести остаток жизни в объятьях Энди были настолько заманчивы, что она прильнула к нему, и губы ее нашли его губы.