Я открыла рот и тут же заткнулась. Ни для кого не секрет, что тритонцы или тритонийцы, как их правильно, никому не открывали особенности своей анатомии до конца. Только необходимый минимум, чтобы помочь им при подключении в капсуле УМЛУ. Но я даже это изучала поверхностно. Откуда мне было знать, что судьба занесет меня на корабль… черт возьми, крейсер тритонцев, или тритонийцев, укуси их пес! Они всегда нанимали только собственных медиков в сопровождение, которые их лечили и осматривали.
Мои мечущиеся мысли прервал третий член команды, находящийся на мостике.
— Кэп… След. Мы упустим их, если вернемся. К тому же пять гиперскачков в сутки…
— Не продолжай, — перебил его капитан, с тяжелым вздохом отпуская ситуацию и, похоже, принимая по мне решение.
Я затаила дыхание, ожидая, когда он вынесет приговор. Мысленно молилась, чтобы решение было в мою пользу. И едва не застонала, когда услышала:
― Я пересажу вас на более подходящий корабль при первой же возможности, — отчетливо и медленно произнес капитан, словно забивая в меня каждое слово. — А сейчас вы вернетесь в каюту и не будете оттуда высовываться.
— Но… ― успела вставить я, когда он продолжил.
— Это единственное условие, чтобы при переводе я отметил вашу карту стажера на моем корабле.
От неожиданности я подпрыгнула и чуть от радости не повисла на шее кэпа! Но вовремя остановилась. То есть, как будто налетела на что-то невидимое в воздухе, как на барьер. Этого хватило, чтобы взять себя в руки и не визжать от счастья.
— Есть, кэп! Вы меня не увидите, обещаю!
Я осталась стоять, не зная, как поступить. Мне сейчас уходить? Меня проводят? Или дождаться каких-то напутственных слов от капитана, вроде “сгинь с глаз моих”?
Капитан тоже стал озираться, прицельно всматриваясь в спутников, выбирая мне надсмотрщика.
— За тобой присмотрит…
― Кэп, ― внезапно вмешался тот, кто уже подходил ко мне, ― я могу присмотреть за прекрасной Вэлери Соммерс.
― Можно просто Вэлери или Вэл, ― смущенно вклинилась я.
Вот бывают же обходительные тритонцы! А в учебниках об этом ни слова, как будто они все, как лекало с капитана.
― Обещаю близко не подпускать ее к секретным материалам, но составлю ей компанию в затворничестве. Заодно и сам развлекусь, ― добавил тритонец, заставив последними словами усомниться в его обходительности. ― Она с ума сойдет, если свой первый полет проведет запертой в каюте, в полном одиночестве. А мне в медотсеке как раз пригодился бы помощник в работе с биологическими материалами и опытами над ИИ.
Медик? Этот тритонец ― медик?!
Я тут же ответила на его улыбку и закивала так сильно, что голова закружилась. Как же я буду стараться! Дайте мне только возможность проявить себя! Я сделаю все, чтобы этот хмурый капитан подписал мне не липовую стажировку, а самую настоящую.
Кэп молчал.
Почему он так долго принимает решения в отношении меня?
― Хорошо, Вейш. Девушка твоя. Ты следишь за ее питанием и пребыванием на крейсере. Никаких вольностей. Никаких допусков. Никаких экскурсий по крейсеру. Держи. Ее. От меня. Подальше.
― Понял, ― сразу подобрался Вейш и кивнул капитану. — Разрешите исполнять?
Капитан коротким кивком отпустил нас с мостика, и внутри меня словно сдулся шарик, который все это время держал спину выпрямленной, плечи развернутыми, а меня всю в напряжении.
Сейчас я готова была кричать от счастья. Мне удалось получить должность медика-стажера на космическом корабле! И не просто каком-то, а тритонском… или тритонийском? Псы их разберут! У меня будет доступ в медотсек и настоящая стажировка с опытами! Это что-то невероятное! Такое везение! А капитан… Ну а что капитан? Он меня не увидит и не услышит. Клянусь!
― Напоминаю, Вэйш: неуставные отношения недопустимы, ― прилетело нам в спину, когда мы уже почти вышли из помещения. Оглянувшись, я увидела, что капитан брезгливо приподнял уголок рта, и из-под верхней губы выглянул краешек острого клыка. Я содрогнулась.
Как большинство подростков, в юности я тоже отличалась повышенной влюбчивостью. Но если мои подружки выбирали себе кумиров более близких нам, и в то же время совершенно недосягаемых: певцов, актеров и даже политиков. То я мечтала о том, что однажды встречу загадочного тритонца, он без памяти влюбится в меня, женится, заберет на свою планету, а там выяснится, что он — единственный сын и наследник своего папаши-короля или, скажем, нефтяного магната. Я очень долго носилась со своими мечтами. Пока они постепенно не потускнели и не стерлись под давлением реальности в виде необходимости готовиться к поступлению. Потом и вовсе начались встречи с реальными, живыми парнями. И мечта забылась окончательно. А вот теперь я почему-то вспомнила про нее. Вспомнила и содрогнулась: вот как можно целоваться с тем, у кого изо рта торчат клыки, длиной с мой палец?!