На склонах скал было видно заметное оживление. Наши пулеметы были перенесены и поставлены на более удобные позиции, солдаты еще ночью услышали шум и сейчас вертели головами по сторонам, вглядываясь в предрассветный туман.
Приближался час атаки. Командиры отделений все чаще поглядывали на часы.
— Еще одна минута, — сказал Петко, тяжело вздохнув.
Он предчувствовал, что бой будет жестоким.
Вздохнула и Веса. Два товарища стояли на разных участках, но думали сейчас об одном.
Над позицией партизан разнеслась команда «Огонь!» и сразу же дружно раздались залпы винтовок, автоматов и пулеметов. Звуки, будто поддерживаемые кем-то, эхом пронеслись по долине, их повторили и поглотили горы. Последовала команда «В атаку!».
Болгарские и югославские партизаны, стреляя на ходу, стремительно кинулись вперед. Торопливо, словно швейные машины, выписывавшие строчки разной длины и плотности, застрочили тяжелые и легкие пулеметы. Визжали рикошетирующие повсюду пули. Открыл огонь и противник, несколько его пулеметов показали огненные языки. Против каждого пулемета противника сразу же открывал огонь наш пулемет, и в этом единоборстве побеждали партизаны. По всему фронту шел напряженный бой.
К Златану добралась Веса. Она доложила, что на ее участке противник вынужден отступить и что пулемет Камена заело.
— Дайте нам помощь, товарищ командир, — просила Веса.
— Преследуйте врага и берегите патроны. Два отделения идут вам на помощь в обход противника, засевшего на скалах. Содействуйте им! — распорядился Златан и дал знак Весе быстрее возвращаться в отделение.
Она возвратилась к товарищам и бросилась в бой. Призывая солдат не стрелять, она во весь рост приблизилась к ним. В руках она крепко сжимала новый поблескивающий карабин. За ней пошли и остальные бойцы. Прижали солдат, и те были вынуждены оставить занятую махалу.
Выше, где в засаде был Петко, тоже закипел бой. Становилось горячо и вокруг Златана. Противник оправился от неожиданного натиска и предпринял сразу несколько атак, но и после пятичасового боя наши находились на своих первоначальных позициях. Превосходящему нас врагу не удалось ни на шаг продвинуться вперед. Шумадинец и Златан, оценив обстановку, решили, что продолжать бой дальше не следует, его последствия могут быть тяжелыми. Условились, когда и как отвести бойцов.
Пошел снег. Начинало темнеть, а пулеметы противника все злее поливали огнем каждое дерево, каждый камень. Из Пирота и Звонцов к противнику подошло подкрепление. Соотношение сил резко изменилось в пользу фашистов. Тогда Златан и Шумадинец дали команду отвести бойцов к Тумбе. Там был сборный пункт.
Враг заметил наш отход и предпринял несколько безуспешных попыток помешать нам. Партизаны маневрировали умело. Они своевременно обнаруживали засады противника и преодолевали их без потерь.
Так ночью Трынский отряд и батальон Шумадинца частью сил опередили фашистов и заняли наиболее удобные позиции по линии Тумба — Дысчен-Кладенец, а основные силы были выведены в Калну, где предстояла перегруппировка и пополнение боеприпасов для завтрашнего боя. Денчо и Шумадинец решили любой ценой овладеть Црвена-Ябукой и окончательно отбросить врага. В соответствии с этим решением рано утром подразделения отряда и батальона снова перешли в наступление.
Солдаты Текелиева и полицейские, озлобленные неуспехом и понесенными за день потерями, начали поджигать уцелевшие и восстановленные после октябрьского пожара дома и кошары в селах Радосин, Раков-Дол и Црвена-Ябука. Услышав крики населения, рев скота, мечущегося в охваченных пожаром сараях, партизаны с яростью бросились на врага и выбили его из ряда пунктов, помешав осуществить жестокие намерения. На поле боя осталось около двадцати вражеских трупов. Из Трынского отряда был ранен только Велко. В батальоне Шумадинца погиб один партизан.
После боя отряд отошел в Црна-Траву и вместе с югославскими партизанами совершил еще несколько операций. В это же время были организованы краткие курсы по боевой подготовке и обмену опытом по партизанской тактике. Все это удалось осуществить с помощью группы советских офицеров-инструкторов. Им удалось бежать из немецкого плена; попав к югославским партизанам, они остались в их рядах. Здесь они делали большую и важную работу по подготовке кадров — большая часть югославских партизан слабо разбиралась в тактике, не владела оружием так, как владели им советские офицеры, закончившие военные училища, академии, участвовавшие в составе Красной Армии во множестве боев и сражений.