— Кто это? — беспокойно спросил Славчо хозяина.
— Мой отец, — ответил Велко. — Ничего страшного, я ему сейчас скажу, что вы торговцы семенами, и он поверит, — успокоил его Велко.
— Э-э, а чего он ищет в это время в сарае?
— Сено ворует, отделились мы от него, и он смотрит на мое сено, как на чужое. Не беспокойтесь.
В селе Извор молодежь была охвачена революционным подъемом. Здесь была сильная организация РМС. Она вовремя осведомляла своих членов о решениях ЦК партии и ЦК РМС, твердо следуя установленной линии. В ответ на директиву партии Станко Лазов, Крум Симеонов, Станко Пенев, его брат Киро, Борис Манов, Киро Станимиров, Ангел Крумов, Алексий Станоев и Борис Михайлов один за другим заявили, что готовы идти в отряд.
В селе Елов-Дол к группе присоединились Славчо Лазов, убежавший из войсковой части в Казанлыке, Станимир Георгиев Ников из Кленовика, Методий Милушев и Евлогий Агаин из Другана, Александр Ивчев из села Дрен и Йордан из Сиришника. Сейчас вся эта группа вместе со Славчо и Иванкой насчитывала семнадцать человек.
В этот вечер в селе Светля должна была состояться вечеринка. Говорили, что там будет присутствовать несколько старост, известных крестьянам своим усердием в сборе реквизиций. Славчо прикинул, что этот случай очень подходит для операции, и решил послать одну группу. Однако в ее состав он не включил Иванку, посчитав, что состояние ее здоровья все еще не позволяет ей участвовать в бою.
Увидев, что группа уходит без нее, Иванка сначала расплакалась, а затем сердито ему сказала:
— Может, вы меня потому не берете, что я женщина? Думаете, что испугаюсь стрельбы?
— Нет, Иванка, ты еще слаба, тебе нужно поправиться. Жаль мне отправлять тебя в таком состоянии, — ответил Славчо.
— Я не хочу, чтобы кто-нибудь меня жалел, — сквозь слезы заявила Иванка, — я здесь боец и требую разрешения наравне со всеми другими бойцами участвовать в операции.
Славчо знал ее упрямый характер и поэтому уступил.
— Ладно, если настаиваешь, иди! — сказал он. Обрадовавшись, Иванка побежала догонять товарищей.
Разоружив сельскую стражу, партизаны окружили здание школы. Главного старосты на вечеринке не было, были только двое старост с выселков. Для поддержания порядка в зале дежурил полицейский. Это был старый «приятель» Славчо Радомирского, и все проходило как по-писаному.
Славчо вошел в зал и дал знак полицейскому выйти, вроде бы хотел заплатить старый долг. Полицейский поколебался, но все-таки вышел. Партизаны схватили его и обезоружили. Публика все еще не могла понять, что происходит. Выстрелы, которые она слышала, были как будто программной частью вечернего представления. Но когда в зале показался Станко Лазов, держа в руках винтовку с примкнутым штыком, а с ним Иванка и один из партизан через окно приказал сдаться старосте Милошу Рангелову, вечеринка была прекращена, и среди публики поднялась паника. Один из старост использовав эту панику, протиснулся между людьми и выбежал на улицу. Однако далеко уйти он не успел — партизаны научились метко стрелять.
Пришла очередь и другому старосте. Он решил показать себя более тактичным и, вместо того чтобы сбежать, влез на стул и стал провозглашать лозунги в пользу партизан и Советского Союза. Тогда Станко Лазов столкнул его со стула и начал пламенно разоблачать фашистскую власть, как власть грабительскую и противонародную, и старост, ее верных слуг, которые притесняют бедных крестьян и заставляют их отдавать государству все, что они производят. Почти каждое слово партизана все присутствующие встречали бурными рукоплесканиями и криками. Они впервые видели партизан и впервые слушали их правдивую речь.
Закончив, Лазов подозвал старосту и приказал ему поклясться перед всем селом, что с этого дня он перестанет забирать какие бы то ни было продукты, и заявил, что если он нарушит эту свою клятву, то его постигнет участь полицейского и старосты Милоша Рангелова. Все это староста выполнил, и партизаны ушли из села.
На заре следующего дня в село Светля примчались десятки грузовиков с полицейскими, жандармами и солдатами. Перерыли все дома, сараи и кошары, окружили близлежащий лес, но ничего не нашли. Молодые партизаны в это время приближались к базам Трынского отряда, куда ятаки Славчо Радомирского провожали их по ночам с пункта на пункт. Только Иванка не могла выдержать этот длинный переход. Ее сердце работало неровно, она не держалась на ногах, но товарищи ее не оставили. Где на руках, где на спине донесли ее до конечного пункта, где их ожидали связные из отряда.