— А остальные?
— Один болен.
— А остальные? — повторил вопрос незнакомец.
— Что до остальных — остальные готовы, — ответил Слави, чувствуя себя виноватым в том, что те двое могут не пойти.
— Сколько вас?
— Четверо.
— Хорошо, завтра в девять часов явитесь на остановку «Сахарная фабрика». Поедем как незнакомые. Купите билеты до станции Земен. Там будет двуколка, поедем на ней, опять-таки как незнакомые, до села Средорек. Все ясно?
— Ясно! — ответил Слави, и они расстались.
Вернувшись в мастерскую, Слави сел за работу, но у него все валилось из рук. Мысли его блуждали в другом месте.
Целый день не мог Слави настроиться на работу, не мог сосредоточиться. То инструменты падали из рук, то он забывал включить рубильник, то путал имена работавших с ним товарищей — все это не могло остаться незамеченным.
— Слави, ты что такой неспокойный? Что случилось? — спросил его один хороший человек, но, к сожалению, еще не партийный.
— Один из малышей разболелся, — ответил Слави.
— Э, не беспокойся! У детей быстро все проходит. Выздоровеет.
— Да я знаю, что выздоровеет, но больно уж положение тяжелое, — волнуясь, объяснил Костов.
Наконец рабочий день закончился, и он ушел домой. В квартире пусто, поделиться не с кем. Занялся уборкой, потом задумался, что из вещей взять с собой.
Может, ничего не брать — кто-то ему говорил, что на свободной территории есть целые склады, бери, что хочешь, — но потом все-таки решил взять одну-две пары белья для смены. Ночь прошла неспокойно. Тысячи вопросов приходили на ум и разгоняли сон: как прибудет в отряд, как тамошние товарищи встретят его, все ли пройдет благополучно, что там за жизнь? Там, наверное, уже сложилось новое общество, о котором он мечтал и за которое боролся. Но эту радость омрачали беспокойство и тревога. Как же так, уйти, не повидавшись с женой и детьми. С той, с которой долгие годы делил и радость, и скорбь. Расставаясь, люди вспоминают обо всем, что пережили вместе, что их связывает, словно для того, чтобы проверить, не ослабли ли связывающие их узы, и еще более укрепить их. Как жена встретит его уход? Она всегда его понимала, была сознательной женщиной и наравне с ним участвовала в борьбе. Не отвернулась от него, ни когда его арестовали, ни когда подлые агенты говорили ей, что он пошел не по тому пути, что этот путь неправильный и приведет их обоих к виселице. А сейчас образ его жены, смелой и жизнерадостной работницы с табачного склада, стоял перед ним еще светлее и привлекательнее, чем раньше, и он умирал от желания ее видеть. Нет, она его не осудит!
Вместе с женой вспомнились ему и дети, двое, как ему всегда казалось, похожих на нее всем и во всем. Милые детишки, хоть бы остаться в живых, повидать вас! Думая обо всем этом, он задремал довольно поздно и сразу проснулся, когда кто-то тревожно постучал в двери.
«Кто это стучит? Уж не полиция ли?» — вздрогнул Слави и вскочил с кровати. Мысли о том, что это жена, он не допускал — она не могла так скоро приехать. Да и телеграмму наверняка еще не получила. Только теперь он вспомнил, что просил хозяйку его разбудить.
Слави быстро оделся и помчался прямо на остановку «Сахарная фабрика». На остановке уже были и незнакомец, пришедший с паролем, и старая коммунистка Живка Димитрова, и бывший боец интернациональной бригады Асен Терзийский, и Димитр Драганов. Это были люди, уходящие вместе с ним к партизанам.
Поездом ехали несколько часов и только в обед прибыли в Земен. Там, недалеко от самой станции, стояло несколько двуколок, ожидавших пассажиров. Связной быстро нанял одну из них, уселся, другие тоже расселись, но одному не хватило места. Димитр Драганов должен был дождаться, пока двуколка, освободившись, вернется на станцию, а затем догнать своих товарищей, которые будут ждать его в Средореке. Вместо этого Димитр Драганов дождался первого поезда из Кюстендила и отправился обратно в Софию. Остальные благополучно достигли Средорека, и другие связные провели их в махалу Палилула. Здесь было весело и оживленно. Различными путями, по различным каналам сюда прибыли из Софии и других городов более ста новых партизан.
После отправки большой партизанской группы, состоявшей из молодежи Брезникской, Трынской и Радомирской околий, энтузиазм населения стал быстро расти. Сейчас молодые люди больше не мечтали о встрече с партизанами, чтобы потом долго рассказывать о них своим близким и знакомым, а сами шли в отряд.
Стремились попасть в отряд и молодые парни Владо Радославов из Красавы и Марин Асенов из Муртинцев. Владо был офицером в Русенском гарнизоне и, получив разрешение на отпуск, простился с казармой, потому что решил больше туда не возвращаться. Это решение у него возникло уже очень давно. Во время отпуска он встретился с Тодором Младеновым и Момчилом, и они договорились, когда точно и как произойдет уход к партизанам. После этой встречи потянулось нетерпеливое ожидание. И вот 24 апреля появились партизаны Борис Антов и Райчо Петков. Втроем они двинулись в отряд, но Владо настоял, чтобы идти через Муртинцы и захватить там его друга. Марин с нетерпением ждал его. Теперь оба ремсиста были счастливы. Их сокровенное желание пополнить ряды народных борцов готово было осуществиться.