- Ты - красивая! Пойдем ко мне.
Она вышла в обеденный перерыв в магазин купить себе шоколад. В очереди на кассе к ней сзади кто-то подошел и, склонившись к самому уху, прошептал эти слова, завершив их легким облизыванием ее ушной раковины своим языком. Она вздрогнула то ли от неожиданности, то ли от испуга. Почувствовала, что возбудилась. Скосила край глаза, попробовала, не показывая своего интереса, посмотреть назад. Мужчина, за средний возраст, невысокий, чуть лысоват, чуть полноват. Его правая рука скользнула по ее бедру.
- Пойдем. У меня дома есть шоколад.
И она послушно повернулась и пошла.
Это будет очередной одноразовый секс, молча идя с ним рядом, думала она. Да, не ее типаж. Да, нужно помнить о времени, на работу нельзя опоздать. Она еще никогда не трахалась в середине рабочего дня. Почему нет? Вдруг что-то будет иначе в этот раз?
Он мягко закрыл за ней дверь, и его руки сразу оказались на ней. Она привычным движением потянулась к его штанам.
- Нет, - тут же остановил он ее. - Не делай ничего!
Она всегда торопилась раздеть своих мужчин, освободить их от одежды, быстрее начать ласкать. Шея, соски, зона пупка, член — самые чувствительные места большинства тел. Она прочла десяток книжек, выучила техники, поданные в них, и применяла их очень усердно, стараясь все сделать так. Этот мужчина не позволил ей раздеть его.
И он не раздел ее.
Он вытащил ее блузу из-под юбки и просунул руки под тонкую ткань. Провел ладонями по гипюровой ткани лифчика, добрался до ключиц, погладил там. Она лежала и думала о том, что ей нужно скорее достать его член, времени мало, если бежать на работу, можно выделить максимум 10 минут. Нужно сворачивать петтинг, и она снова потянулась к его штанам.
- Нет, - вновь повторил он, остановив ее руку и не выпуская ее. - Просто лежи!
- Но, - попыталась как-то объясниться она — мне на работу нужно вернуться. У нас минут 5-10 есть. Не нужно ласкать, сразу трахни меня.
- Трахнуть тебя? - Его низкий голос звучал так, словно он был немного удивлен. - Я не собираюсь трахать тебя. Лежи!
Он опустился всем свои весом на нее, мягкий живот придавил ее к полу. Приспустил под блузой бретели бюстгальтера, одна рука нашла грудь и принялась мять ее. Вторая нырнула под юбку, чуть приспустила трусы и мягкими поглаживающими движениями принялась изучать лобок, с каждым поглаживанием все глубже и глубже забираясь вглубь половых губ. Его рот тем временем нашел ее рот, губы сплелись и не расплетались до тех пор, пока она рывком не повернула голову в бок, так как ей необходимо было вдохнуть. И вместе со вдохом из нее вырвался стон. Тело выгнулось, и его пальцы вошли в нее. Она подалась навстречу этим пальцам, чувствуя, как одновременно с поступательными движениями его ладонь продолжает сжимать и надавливать ей на лобок. Это ощущалось хорошо. Она шире расставила ноги, подавая таз навстречу его руке. А внизу начал разгораться жар. Тот жар, который она так отчаянно стремилась ощутить.
Она лежали в комнате на ковре. Она вцепилась обоими руками в этот ковер, пока он своими пальцами имел ее. Мысль о времени скользнула по краю ее сознания и выскользнула прочь. Вес его тела, полностью одетого, сместился немного вбок, пальцы продолжали двигаться без остановки, постепенно наращивая скорость, вторая рука то пощипывать, то надавливать на сосок, губы целовать. Она держалась за ковер, а тело извивалось, вжималось в него, требовало еще. И внезапно, мощной вспышкой, в ней взорвался оргазм. Пытаясь сдержать вопли, которые рвались из нее, она вцепилась зубами в его плечо — на синей джинсовой рубашке осталось мокрое пятно. Он не обратил внимания, продолжая ласкать ее, и лишь, когда последняя волна дрожи унялась, он медленно вытащил руку, поднес к своему лицу, вдохнул запах, затем переместил к ее лицу. Она послушно взяла его пальцы в рот, слизывая свою жидкость посасывающими движениями, глядя в его глаза. Он смотрел на нее, второй рукой под блузкой мягко лаская уже другую грудь.
Ей хотелось что-то сделать для него, как-то отблагодарить, рассказать, что это был первый в ее жизни, пережитый благодаря партнеру оргазм, и она снова потянулась к его штанам, где теперь видимой прямой линией призывно вырисовывался возбужденный член. Его руки вновь остановили ее.