– Может, масло?
Он закрыл дверцу и обернулся – за кухонным столом сидела Алекс.
– Да, похоже на то.
– Ах да, хотела сказать – молодец с делом в больнице. Отличный результат… Не для мистера Дрисколла, конечно, но это вряд ли кого-то будет мучить по ночам. – Она вздохнула и подалась вперед, проведя руками по столешнице. – Я пыталась придумать еще пару шуток про сварку, но это довольно… узкая тема.
Миллер не хотел говорить о Дадли Дрисколле. Он сел напротив Алекс и заговорил о том, что его действительно интересовало.
– Выходит, Месси сдержал обещание?
– Как ни странно, я всегда думал, что сдержит.
– Его единственное доброе дело за год, – сказала Алекс. – Может, этот извращенный старый богомол при смерти – это было бы не самой плохой новостью за последнее время.
– У него свои мотивы.
– Ну давай, выкладывай. – Она откинулась на спинку стула и скрестила руки. – То есть я-то, конечно, и так все знаю, но наши странные беседы подчиняются определенным правилам, так что говори.
– Тебя убил полицейский.
Алекс покачала головой.
– И что, ты удивлен?
– Да, немного, – сказал Миллер. – Хотя я понимаю, что не должен бы.
Полиция Ланкашира еще не дошла до такого плачевного состояния, как столичная, но представление о полицейских как образцах добродетели или хотя бы людях, которым можно доверить выполнение их прямых обязанностей по поддержанию правопорядка, определенно пошатнулось. Доверие к копам было на рекордно низком уровне из-за служащих по всей стране, недавно осужденных за шокирующее количество разнообразных преступлений.
Убийства, изнасилования, тяжкие телесные, побои, наркоторговля… Миллер только ждал, когда кого-нибудь посадят еще и за геноцид, и тогда коллекция будет практически полной.
– Поэтому ты следила именно за этим копом.
– Да, он очень плохой парень, – сказала Алекс. – Знай я, насколько плохой, возможно, была бы осторожнее. Наверное, я слишком расслабилась.
– Даже не пытайся намекать, что это твоя вина.
– Ладно, не буду. – Она улыбнулась Миллеру и потянулась к его руке.
– Так вот… – Миллер встал и начал расхаживать по кухне, излагая подробности убийства Алекс и наконец рассказывая ей то, чего она не знала. – Ты не удивишься, узнав, что и Месси, и Катлер следили за тобой, потому что знали, что ты следишь за ними. Этот коп, который в итоге… ну, ты понимаешь… был, очевидно, у Катлера на крючке.
Алекс кивнула.
– Мы выяснили, что уже он пару лет брал деньги у Уэйна Катлера. Сливал ему информацию и предупреждал, если кто-то из наших коллег подбирался слишком близко.
Именно так и сказал ему Месси.
– Ты дала понять, что тебя тоже можно таким соблазнить. Переманить тебя.
Алекс снова кивнула и изобразила свою лучшую пародию на Дарта Вейдера.
– …На темную сторону силы, Люк.
– Так, значит… Ты понемногу берешь деньги и скармливаешь этому типу фальшивые данные, а тем временем собираешь достаточно улик, чтобы его посадить. Доверившись тебе, он идет к Катлеру и сообщает, что, возможно, нашел еще одного сотрудника полиции, готового войти в долю. Отличные новости, верно? Какой уважающий себя гангстер откажется от еще одного продажного копа на жаловании? Но Катлер следил за тобой, так что он сообщает плохие новости и рассказывает этому копу, кто на самом деле его новый рекрут.
Алекс грустно улыбнулась и показала на себя.
– Та-дам!
– Тогда наш продажный коп решает, что есть только один способ обезопасить себя. – Миллер запнулся, когда воспоминания о последней встрече с живой Алекс нахлынули на него. Яркие и невыносимые. – Это он позвонил тебе в ту ночь…
Она улыбнулась, но теперь ей приходилось прилагать столько же усилий, как и Миллеру.
– Да, и мы бы выиграли этот чертов конкурс, если бы не он. Мое танго было безупречным.
– Не спорю, – сказал Миллер.
– Еще б ты спорил.
– Ты правда считаешь, что это сейчас важно?
– Я мертва, Миллер. Мало что действительно важно. – Она посмотрела на него, все еще улыбаясь, хотя слезы уже потекли. – Но да, конечно…
– Он назначает тебе встречу, только на этот раз у него пистолет, и… – Миллер подавил рыдание. – Может, добавишь что-нибудь?
– Есть ли смысл?
– Наверное, нет. Ведь ничто из того, что ты можешь добавить, не будет принято в суде, верно? – Он засмеялся, потом всхлипнул, потом снова засмеялся. Он схватился за воображаемые лацканы мантии и продекламировал голосом пафосного адвоката защиты: – Вызываю Александру Миллер!
Алекс рассмеялась вместе с ним, вытерла лицо рукавом и подхватила игру. Это была одна из тех глупых сценок, которые они часто разыгрывали в этой самой комнате, смеша друг друга за бутылкой вина после кошмарного дня. Она хорошо пародировала, поэтому у нее сердитый и важный судья вышел очень правдоподобным.