– Взгляни-ка.
Она примостилась на краю кровати. Миллер сел рядом с ней и стал наблюдать, как она медленно листает блокнот на кольцах. Судя по ее выражению лица, когда она передала его Миллеру для изучения, Сю явно нашла большую часть прочитанного крайне неприятной.
– Он любит составлять списки, – сказала она.
Миллер начал сам перелистывать страницы.
– Ну, никому не нравятся неорганизованные психопаты.
Он остановился на одной из недавних записей Дрисколла.
– Мать твою…
Как ни занимательны были любимые напитки их подозреваемого или самые запоминающиеся предсмертные слова тех, кого он отправил на тот свет, этот список требовал куда более срочного внимания. Он уже был на ногах и двигался к двери, засовывая блокнот в пластиковый пакет.
У КОГО ПОРТФЕЛЬ?
1.
2. Кит Слэк.
3. Бездомная девчонка.
4. *Натали Бэгнолл*
Глава 43
Дадли Дрисколл, как его звали когда-то – и до сих пор звали где-то в глубине души, или когда он разговаривал с матерью, – который последние несколько недель был Деннисом Дрейпером, а совсем недавно Диего Диасом, наблюдал за происходящим у гестхауса “Прибрежный” последние пару часов.
Полицейские устроили то еще представление.
Конечно, он убрался оттуда задолго до этого – как только заметил, что что-то не так с похотливой хозяйкой. Он видел, как она юркнула в гостиную, когда он спустился за газетой, и в голове зазвенели тревожные звоночки – с чего бы женщине, которая липла к нему как банный лист, вдруг начать его избегать?
Нетрудно было догадаться, что происходит.
Он все-таки не идиот.
Поскольку он не знал, когда именно объявятся ребята в синем, у него не было выбора, кроме как немедленно убраться. Времени не было даже на то, чтобы покидать вещи в сумку. Досадно, конечно, было оставлять все свои пожитки, ну да ему не впервой. В его деле нужно всегда быть готовым быстро смыться, если запахнет жареным.
Хотя смываться с концами он не собирался. Пока еще нет.
Для начала он потолкался на автобусной остановке и понаблюдал, как поблизости паркуются машины без опознавательных знаков. Он прикинул, что они, вероятно, подождут темноты, потом пара вооруженных полицейских займут позиции с тыла дома, пока их коллеги в штатском будут следить за фасадом, и так далее и тому подобное. Заметить их было нетрудно, всех до единого – как бы они ни старались не привлекать внимания, – Дрисколл чуял копов за милю, и не только потому, что многие из них воняли дешевым одеколоном и кебабами. Один из них даже прошел прямо мимо него. Они даже обменялись кивками! Он маскировался куда лучше любого хренова копа, особенно когда он был последним, кого они ожидали увидеть так близко к месту действия, а холодная погода давала ему все основания быть в длинном пальто и шерстяной шапке.
Через некоторое время он прогулялся до скамейки на углу и сел там, наблюдая за происходящим из-за газеты. Очевидно, он не особо вчитывался, но все же приятно было видеть, что его физиономия больше не красуется на первой странице. Даже убийство того парня Бэгнолла отправили на пятую страницу, но это не слишком его удивило.
Так уж заведено, что поделать.
Люди существуют, пока не перестают существовать, и даже если Дрисколл помог многим отправиться в последний путь, жизнь идет дальше.
Одним глазом следя за отчетом о том, как “Блэкпул” продул на своем поле “Хаддерсфилду” со счетом 3:0, он наблюдал, как выдвигаются парни с пушками. Как крадутся по тротуару, занимают позиции. Он предположил, что некоторые из самых рьяных уже держат пальцы на спусковых крючках, надеясь на шанс выполнить работу, для которой их тренировали. Глядя, как они роем влетают через парадную дверь в гестхаус, и зная, что выстрелят их усилия не больше, чем центрфорвард “Блэкпула”, он почти им посочувствовал.
По очевидным причинам зрелище быстро превратилось в достаточно печальную и скучную картину.
Несколько минут спустя он заметил того копа, которого в последний раз видел в переулке за садом Слэка. Странный тип, этот Миллер, вылез из машины и побрел через дорогу с руками в карманах, словно ему уже осточертело все это вконец, поскольку его уже предупредили, что сегодня арестовывать будет некого. Через десять минут после этого он вылетел из дома, выглядя значительно, мать его за ногу, более заинтересованным, чем когда входил, и нетрудно было догадаться почему.
Да, его здорово бесило, что пришлось оставить блокнот, но это не конец света. Списки всегда можно составить новые. Более насущной проблемой было то, что теперь копы прекрасно знают, куда он направится дальше и, что более важно, по чью именно душу. Они усложнят ему задачу, он это понимал, но испытания – это хорошо, они держат в тонусе. Придется поднять планку, но в этом нет ничего плохого – пассивная удовлетворенность своими силами до добра не доводит.