ысчитал , что на земном шаре в каждую секунду родится по одному человеку... -- Что же из этого следует ? -- Особеннаго ничего... Неловкая пауза и скрытое раздражение без всякаго повода. Вадим закуривает папироску с разсчитанной медленностью. -- Впрочем , я разсуждаю в этом случае немножко пристрастно,-- тянет он , подбирая слова,-- именно, как завистливый конкурент ... Нужно тебе сказать, мутерхен , что я тоже сочетал себя узами Гименея вот уже больше года и тоже осчастливлен , но только барышней, а не молодым человеком . -- Приятная новость... -- Если я тебе ничего не писал обо всем этом , то просто из чувства деликатности, чтобы не взволновать твоего женскаго любопытства. -- Благодарю за откровенность, но не завидую твоей жене. -- Ей и трудно завидовать, потому что она умерла. -- Я ее понимаю... Опять пауза, мучительная и обидная. Леонида Гавриловна подавляет тяжелый вздох , догадываясь, о чем пойдет речь. Вадим раскуривает вторую папироску, делает несколько туров по террасе и останавливается в нерешительности, но Леонида Гавриловна предупреждает его. -- Тебе нужно избавиться от твоей барышни, чтобы осчастливить новую женщину?.. Что же, я с удовольствием возьму твою барышню, которая у меня найдет все то, чего не получала дома... Можешь быть спокоен . Вадим закусил губу и посмотрел на мать злыми, прищуренными глазами....... -- Да, я женюсь и на этот раз на богатой молодой девушке... Ребенок был бы лишним . -- Что же, ты уже успел полюбить эту богатую молодую девушку? Этот вопрос разсмешил молодого человека. -- Мутерхен , мы говорим на двух разных языках и собьемся на терминологии... У меня уж так устроена голова, что я просто не понимаю многих мудреных слов , которыя для тебя, может -быть, составляли и составляют все. -- Меня ты можешь оставить в покое, дорогой мой... Я до конца буду верить мудреным хорошим словам : это неизлечимая болезнь. И самое лучшее, если мы оставим дальнейший разговор . На беду в этот момент приехала Нина. Вадим встретил ее ироническою улыбкой, которую заметила только Леонида Гавриловна. -- Опять отложили от езд ?-- спросила она. -- Какой от езд ?-- удивилась Нина.-- Ах , да, в Вахрамеевку... Мне что-то нездоровится... Как -нибудь на-днях ... Что Юрка? -- Как видишь, блаженствует . Нина присела к колясочке и долго смотрела на спавшаго ребенка. Вадим смотрел на нее и опять улыбался. -- Нина, сейчас можно написать картину,-- заговорил он ,-- и послать в "Ниву" с подписью: "Счастливая мать". Она не поняла насмешки и только посмотрела на него разсеянным взглядом , а потом обратилась к матери: -- Мама, как ты думаешь, брать нам в Вахрамеевку Юркину кроватку? Ведь он может спать в колясочке. -- Глупости говоришь,-- резко заметила Леонида Гавриловна.-- Пока Юрка катается в своей коляске, кроватка проветривается, и наоборот . Нельзя ребенка держать в одной колясочке... -- Я это подтверждаю,-- прибавил Вадим .-- А что поделывает Ефим Иваныч ? -- Он отправился куда-то по делам ... Кажется, в земскую управу или в думу,-- не помню хорошенько. А что?.. -- Да так ... Я всегда завидую людям , которые так работают . Послышался звонок , и на террасу вошел Бизяев -отец . Он никак не ожидал встретить здесь Вадима и Нину именно в эту пору и ужасно смутился. Неловко поздоровавшись, он заговорил еще более неловко о погоде. -- А что Сережа?-- перебил его Вадим , -- Уехал , вчера уехал ,-- ответил Бизяев и облегченно вздохнул .-- Знаете, у него там свои дела, а здесь только время терял ., -- Странно, что он даже не зашел к нам ,-- заметил Вадим , вызывающе глядя на мать.-- Вот и верь после этого в дружбу и разныя высокия чувства. Леонида Гавриловна постаралась замять разговор и все смотрела на Нину, которая сидела неподвижно у стола, точно мертвая. В лице ни кровении, глаза какие-то потухшие. Бизяев посидел с полчаса и начал прощаться. Леонида Гавриловна притронулась к руке Нины и проговорила: -- Что с тобой, Нина? Какая ты странная... -- Я?-- удивилась Нина и даже разсмеялась.-- Ах , не то, мама.. M-r Бизяев , вы меня довезете?.. Нам по пути... -- С удовольствием ... -- А как же Юрка?-- спрашивала Леонида Гавриловна.-- Нина, ты не приедешь?.. -- Мама, я скоро вернусь: я дома забыла одну вещь... В дверях Нина остановилась, посмотрела на мать и на колясочку, в которой спал Юрка, и быстрыми шагами пошла в столовую. -- Для чего ты разстроил ее?-- накинулась Леонида Гавриловна ея Вадима с особенным ожесточением .-- Тебе доставляет удовольствие дразнить ее?.. -- Я, кажется, ничего не сказал такого... -- Довольно!.. Говоря откровенно, хотя ты и мой сын , я имела ошибку думать о тебе лучше. Да, я думала о тебе лучше, Вадим ... Жизнь слишком часто обманывает нас , и я не желаю тебе только одного, чтобы ты ошибся в своих собственных детях , когда они сделаются большими. Это последней горе, которое уносится только в могилу... Произошла довольно горячая сцена, разрешившаяся слезами Леониды Гавриловны. Закрыв лицо руками, она повторяла: -- В тебе сейчас , Вадим , я вижу твоего отца, а в нем было несчастие всей моей жизни... Я думала, что оно умерло вместе с ним , на оно живо... оно здесь... Это самая страшная кара для женщины!.. В этот момент вбежала горничная и, путаясь, заявила, что Вадима Петровича спрашивает какой-то господин по очень спешному делу -- Вот тебе раз ...-- протянул молодой человек , довольный, что этим ничтожным обстоятельством заканчивается тяжелая семейная сцена.-- Кто бы это мог быть?.. Когда он вошел в гостиную, то в дверях передней к своему изумлению увидел Бизяева, перепуганнаго, бледнаго. Он не мог даже говорить, а прямо потащил за собой Вадима. -- Что такое случилось?.. -- Леониде Гавриловне,-- бормотал Бизяев ,-- не нужно ничего говорить сейчас ... Подготовьте... Ах , Боже мой, какой ужас ! И ведь все сейчас случилось, сию минуту... В руках у Бизяева оказался смятый конверт с коротким адресом : Маме. Вадим взял его почти силой. -- Одну минуту подождите...-- умолял Бизяев .-- Под езжаем мы к дому, т.-е. я подвез Нину Петровну. Дорогой она даже смеялась и разсказывала что-то такое про Егорова. Помните, купеческий сынок , который недавно отравился?.. Хорошо... Под ехали... Нина Петровна и просить подождать одну минуточку, чтобы написать записку Леониде Гавриловне. Потом сама выносит конверт ... Только я от ехал , как слышу выстрел ... другой выстрел ... Вернулся, а она уже готова. Я сюда с конвертом ... На дороге встречаю Ефима Иваныча, а он уже по моему лицу догадался, что случилось что-то... Нет , я ему сам сказал , что еду от них ... Одним словом , Бог знает что такое!..