Вдавливаю пальцы сильнее в кожу и вижу, как зрачки Влада расширяются — ему больно!
А что, думал, так можно только тебе?!
Он на мгновение прикрывает глаза и спустя чертовски длинную секунду выдыхает:
— Ладно. Но я надеюсь, в этот раз твой скудный умишко усвоил информацию.
Напоследок он стискивает мои скулы своими пальцами и наконец отступает, почти сразу хватаясь за бок и сгибаясь пополам.
Вот так вот строить из себя здорового, когда больной не только на голову.
— Что, в таком случае, делаем дальше? — потирая шею, с вызовом спрашиваю я.
— Мне нужно убраться отсюда, — говорит он так, словно хочет совсем другого.
Встретиться лицом к лицу с убийцей своего отца? Вот только состояние у него явно неподходящее для этой роковой встречи.
Я мысленно чертыхаюсь и, потянувшись к ручке двери, бросаю:
— Будь здесь, подгоню мотоцикл поближе.
— Чтобы снова попробовать сделать коктейль из моих внутренностей?
— Давай посмотрим: у тебя есть другие варианты? Ой, какая досада, больше ни одного не видно! — Открываю дверь и сухо повторяю: — Будь здесь.
Мне в спину летит усмешка.
Иду вперёд по коридору, заворачиваю за угол, второй… Перед глазами на расстоянии пары-тройки метров вырастает мужская фигура внушительных размеров. Поверх плеч небрежно накинут врачебный халат. Но это ни черта не доктор!
Резко торможу, мужчина лениво смотрит в мою сторону, его глаза недобро вспыхивают.
— Тебя-то я и искал, маленькая дрянь.
Меня? Какого…
Меня. Мне не нужно видеть его запястье третий раз за этот откровенно хреновый день. Достаточно объёмной шишки в районе лба, будто бы смотрящей в мою сторону с осуждением.
Быстро осматриваюсь, вижу на расстоянии вытянутой руки медицинскую тележку, лоснящуюся металлом, хватаю её, и, перекрутив боком к себе, со всей дури толкаю в сторону бросившегося ко мне убийцы.
Раздаётся звонкий грохот столкновения, с тележки падают медицинские инструменты, мужик заваливается набок. Его ноги путаются в белоснежной простыне.
Отлично, минута у нас есть.
Срываюсь обратно к кабинету Яна.
— За мной, быстрее! — командую я, как можно бесшумнее закрывая за собой дверь. Подбегаю к окну и распахиваю створку. — Ну же!
Морозов, брезгливо морщась, всовывает свои лапищи в пушистые тапочки — остальные вещи уже на нём — и заявляет:
— Мне нужен телефон!
— Чтоб тебя, Морозов! — выплёвываю я и возвращаюсь к столу Яна.
Выдвигаю на удачу нижний ящик.
Есть!
Хватаю девайс и метким броском отправляю его в руки Влада.
— Доволен? А теперь будь любезен вытащить свою задницу в окно, иначе мы оба прямо сейчас подохнем!
— Ты слишком часто говоришь о моей заднице. Приглянулась?
Я вздрагиваю, услышав хлопок двери.
Пока не нашей.
Оставляю Морозова без ответа и, обогнав его на пути к окну, легко запрыгиваю на подоконник, чтобы так же легко спрыгнуть с той стороны.
— Быстрее!
— Выпендрёжная сучка, — кряхтит Влад, забираясь следом.
Когда он тоже спрыгивает на идеально подстриженный газон, я поворачиваюсь к заднему входу в клинику и сразу же слышу его удаляющиеся шаги.
— Морозов, ты издеваешься?!
Наплевав на мой план, этот придурок, как танк, прёт к главному входу!
— Иди нахрен со своим мотоциклом, Ширинова! — приглушив голос, посылает меня он.
Позади, в кабинете Яна, раздается сухой щелчок дверного замка. Инстинктивно присаживаюсь, скрываясь из зоны видимости окна, и ползком бросаюсь вперёд, ругая себя за призывно оставленную открытой створку.
Догоняю Морозова, подхватываю его под руку, чтобы шёл быстрее, и шиплю:
— И на чём мы, по-твоему, должны отсюда уехать?!
— Мы? — раздражённо фыркает он, затем смотрит вперед: — Впрочем, пригодишься.
Прослеживаю траекторию его взгляда и упираюсь в машину такси.
Водитель залип в телефоне, очевидно, подыскивая новый заказ.
Смотрю в сторону главного входа в клинику: у крыльца по-прежнему стоит машина с мигалкой на крыше. А из-за правого угла выворачивает мужик с шишкой.
Он хищно мне улыбается, отмирает и движется в сторону парковки.
Ускоряю нас с Морозовым.
Сердце бешено долбит по рёбрам.
Пара мгновений, и мы забираемся в салон.
— Езжайте, быстрее!
Нас окидывают оценивающим взглядом в зеркало заднего вида.
— Пожалуйста! — мягче добавляю я, и слышу, как начинает урчать мотор.
— Влюблённые решили сбежать из заточения? — во весь рот улыбается нам таксист, выворачивая с парковочного места. — Понимаю, дело молодое. Сам таким был!
Да что ж они все заладили про молодые дела?!
Но плевать, молодые-старые, главное, чтобы не мертвые!
Склоняюсь ближе к Владу и шепчу: