Меня не в чем упрекнуть, я спала с Яном лишь в дурных фантазиях! И то потом казнила себя даже за это, не в силах смотреть ему в глаза! Но слова Морозова попадают в цель. Ведь хотела же и могла… Вот только этот ограниченный дебил не понимает, что не из-за денег и выгоды.
Ян… Он…
Я резко подаюсь вперёд, жмурюсь, чтобы скрыть подкатывающие слёзы, отталкиваю Морозова в сторону и выхожу прочь из номера.
Козлина! И свалился же на мою голову…
Подмечаю, что на улице начинает темнеть. Цепляюсь пальцами за перила, идущие по периметру пандуса с номерами, и чувствую, как по щекам начинают течь слёзы. На душе невозможно гадко.
Кручу в мыслях мерзкое обвинение.
К чёрту Яна! Он особый случай. Но ведь я могла бы и с другими. Легко! И плевать, кто и что думает! Сколько раз ко мне подкатывали богатенькие придурки, вроде того, кто сейчас находится в номере? Сотню! И сколько раз я сама задумывалась над тем, что, откусив кусок пожирнее, мне не придётся пахать на трёх работах, чтобы получить профессию мечты? Да я вообще могла бы не работать! Жить в своё удовольствие и ни о чём не думать!
Вот только я видела собственными глазами, как таких девушек воспринимают богатенькие покровители. Как сочный кусок мяса! Ни во что не ставя ни их самих, ни их мнение.
Мне претит быть послушной овцой и наивно хлопать ресницами, соглашаясь с любым бредом.
Уж лучше валиться с ног от усталости, чем идти по такому лёгкому пути.
А Морозов — попросту очередной придурковатый мажор. Смотрит на всех девушек без исключения через призму своего извращенного восприятия. А с чего ему быть нормальным, если вокруг него всегда были только безотказные шлюхи и такие же шизанутые «альфа-самцы»?..
— Все мужики козлы, — заставляет меня вздрогнуть тихий голос. — Истина, с которой нужно смириться, дорогая.
Быстро стираю слёзы, шмыгаю носом и смотрю на остановившуюся в паре шагов от меня женщину. Она кажется добродушной, смотрит на меня и улыбается с сочувствием. А я запоздало ругаю себя за неосторожность уйти далеко в свои мысли — не на отдыхе прохлаждаюсь всё-таки.
Снова шмыгаю носом:
— С чего вы решили…
— Что ты плачешь из-за парня? — делает она шаг в мою сторону. — Опыт, милая. Всем нам чаще всего приходится страдать из-за мужчин. И нет бы, отнестись с пониманием, но они доводят нас до слёз снова и снова. Словно получают от этого извращённое удовольствие.
Я усмехаюсь:
— Может, так и есть.
— Ну вот, дорогая, улыбка лучше слёз. — Я собираюсь согласиться, но неожиданно в мой бок упирается что-то твёрдое, с лица женщины исчезает всякое добродушие, и она кивает на дверь нашего номера: — А теперь давай зайдём внутрь. Без лишних звуков, ладно?
Опускаю взгляд, и вся холодею.
К моему боку приставлен пистолет.
Глава 7
[Влад]
Впадаю в состояние когнитивного диссонанса.
Мало мне, что ли, всего того, что случилось сегодня?
Но Ширинова всё подкидывает и подкидывает, не желая остановиться!
Наблюдаю за её четкими движениями, она же как профессиональная медсестра! Точно знает, что делает: не морщится, не охает, не ноет, как часто делают девчонки её возраста.
К тому же она пока самоучка без образования.
Но самоучка с мечтой.
С мечтой, которая требует денег.
И которая могла бы с лёгкостью осуществиться, пойди её хозяйка на сделку с совестью.
Вот, например, с той, когда нужно запустить троих убийц в дом.
Но им-то это зачем?!
Месть конкурентов? За что?
Злюсь, потому что у меня слишком мало вводных; я ни черта не знаю, как шли дела у отца в последние годы.
А эта упрямая дура так и не ответила на вопрос, что она забыла в доме.
Или не дура, а расчетливая, беспринципная тварь.
А такое вообще может сочетаться в человеке — желание помогать людям и способность безжалостно пустить их в расход?
Башка пухнет от дурных мыслей, не находящих выхода, что не мешает мне смотреть и охуевать от физической формы Маринки.
Она сняла куртку, оставшись только в топе.
И я с жадностью разглядываю аккуратные, точёные руки с рельефно прорисованными бицепсами, плавно переходящими в плечи.
Скалолазание, массаж.
Кожа начинает зудеть от желания ощутить на себе тепло её пальцев.
Скольжу взглядом ниже и зависаю на стоячих, упругих сиськах.
Да плевать, даже если не свои!
Врачу, который сделал такой шедевр, нужно поставить памятник.
А мне непременно прикоснуться к ним и проверить!