- Где твои окна? - спросил деловито, я подняла взгляд наверх и поморщилась.
- Единственные, в которых горит свет, - простонала в досаде, а он полюбопытствовал:
- Родители?
- Муж, - вздохнула, понимая, что ноги моей в этой квартире сегодня не будет. Не знаю, с какой целью он притащился, может, поздравить решил или позлорадствовать в очередной раз, но видеть его совершенно не хотелось.
- Муж? - скривился Олег, как от кислого, но быстро вернул себе прежнее выражение. Судя по всему, нормы морали не слишком его беспокоили. Я посмотрела на часы, подсчитывая, и ответила:
- Без девяти часов бывший, - и хохотнула, вспомнив впервые за эту ночь, что на три часа дня у меня назначена встреча в адвокатской канторе по случаю развода.
- Разводишься, что ли? - вздохнул Женька, выходя следом за нами. - Посочувствовать или поздравить?
- Наверное, поздравить, - и уныло пожала плечами, хотя все еще любила этого негодяя.
- А поехали ко мне, - заявил Олег, а я покосилась на него с недоумением, - все будет прилично! - заявил, поднимая руки, как бы защищаясь, и заметил с усмешкой: - Не похоже, что ты жаждешь сейчас домой.
Я скривилась, потому что он попал в точку, и призадумалась. К Свете сейчас ехать было бессмысленно, она либо не одна, либо ее там и вовсе нет (что вероятнее), Аня дрыхнет так, что танками не разбудить, а больше податься в этом городе мне было совершенно некуда: вся родня осталась за тысячу километров, родители, которые переехали сюда, когда мне было шесть, умотали обратно, оставив мне квартиру, которую я сдавала, но квартирантов нашла не самых удачных, они спалили ее дотла пару месяцев назад. В общем, выбора, по сути, не было.
- Поехали, - вздохнула тяжело и мы снова загрузились тем же составом на радость водителя, который обернулся и со смущенной улыбкой попросил:
- Красавица, расскажите что-нибудь еще.
- Да, точно! - хлопнул в ладоши Олег, так громко, что я вздрогнула. - Вещай, мать! - я покопалась в памяти и припомнила:
- До семнадцатого века у Русского государства не было официального флага.
- Скучно, - скривился Женя, а я усмехнулась:
- Буква «Еръ», то есть твердый знак, самая дорога буква алфавита.
- Поясни, - заерзал Олег, разворачиваясь в пол оборота, а я пожала плечами:
- Она никак не влияла на смысл и не читалась, но при этом при печати занимала около десяти процентов места, за которое приходилось платить.
- Черт, ловко, - хохотнул он, покачав головой, - жаль, что ее убрали из оборота.
- Почему? - удивилась в ответ, а Женя пояснил:
- А он у нас нотариус, - и заржал, - у него в отделе, можно сказать, клиенты за каждую букву платят.
- Тебе вообще уголовники отстегивают, так что помалкивай, - огрызнулся Олег, а я напряглась и непроизвольно отодвинулась от Жени подальше.
- Вот что ты несешь, - вздохнул Женя, прикрыв глаза и покачал головой, - я адвокат по уголовным делам, - пояснил, а я выдохнула. - Напугал Верку, - сказал укоризненно, а Олег широко улыбнулся, довольный произведенным эффектом.
- Кстати, Петр Первый лично пытал и убивал людей, - вспомнила очередной факт, показавшийся мне достаточно уместным, парни снова развеселились, а Олег продолжил:
- Мы все в одной канторе работаем, так что, если нужны будут юридические услуги – обращайся. Тим, кстати, как раз на разводах специализируется, а вообще фирма Серегина.
«Вот у Светки глаз наметан» - усмехнулась про себя, а в слух отмахнулась:
- Да не нужен мне адвокат, тем более по разводам.
- Что, гол как сокол? - хохотнул Олег.
- Да нет, не в этом дело, - и поморщилась, - просто мне ничего не нужно от него.
- Расскажешь? - спросил Женя, а такси остановилось.
- Приехали, - сказал водитель, явно разочарованный этим фактом.
Парни расплатились, и мы поднялись в квартиру. Я открыла рот, оглядываясь, а Олег усмехнулся:
- В какой-то степени Жека прав.
- Не ту профессию я выбрала, ох, не ту… - пробормотала, сняв туфли и без приглашения проходя дальше.
- Давай покажу тебе все, кроме спальни, - и широко улыбнулся, беря под руку, - я держу свое слово.
Мы прошлись по, по меньшей мере, трестам квадратным метрам, в самом деле миновав одну комнату, я посмотрела на часы и поняла, что ложиться смысла уже нет: будет только хуже. Плюхнулась на мягкий диван, который полностью меня поглотил, закатив глаза от удовольствия, а я рядом приземлился Женька:
- Так что с разводом?
- Да обычное дело, - отмахнулась, пытаясь не разреветься.
- Да ладно, расскажи, интересно же, - продолжил настаивать, и я нехотя пояснила:
- Завел любовницу, та забеременела, подал на развод.