У каждого мужика, мать его, есть развлечение на стороне. Временное, постоянное.
Суть от этого не меняется.
Любовница - это модно, статусно. Прекрасное дополнение к красивой и кроткой жене.
Для секса, для скандалов, для экспериментов и того, на что не согласится жена, чтобы пар выпустить, а не нести все в дом.
Но от этого громоотвода только хуже.
Я не любил ни одну из них. Никогда бы не ушел от своей любимой жены, пусть это звучит после всего, как издевка.
Мне самому от себя мерзко порой. И с легкой руки этого самого мудака с его милыми цветочками, я понял, что хватит. Пора заканчивать.
Если я потеряю Аню, то… Не знаю. Как бы банально не звучало, жить мне больше незачем.
Я иду по дорожке, уже простившись с Альбертом. И тут в глаза бросается это яркое пятно на асфальте перед домом.
- Что за хрень? - говорю себе под нос и наклоняюсь.
Это не сон, а наглость, какой я еще не видел!
Перед воротами моего дома стоят чертовы цветы! Красивый, чайные розы.
И это в закрытом поселке, куда и муха без разрешения не пролетит!
В букете торчит яркая, приметная карточка. Послание для моей любимой жены от ее воздыхателя.
Разворачиваю и читаю, просто глаза лезут на лоб!
“Ты самая нежная, самая сладкая. Хочу повторить наш страстный секс!”
Я думаю, что мне это кажется. Даже моргаю, будто пытаюсь прогнать это адское наваждение!
Перечитываю еще раз, снова и снова. Нет, все так и есть!
Я оставляю веник, иду к посту охраны и быстро выясняю отношения с парнями.
- Никак нет, Кирилл Антонович! Никого не было к вам. Да и курьеров сегодня за весь день ни одного. С цветами никого не видели! Вы же знаете, у нас все строго!
- Но у меня возле дома стоят гребаные цветы! - кричу, закипая моментально. - Мне нужен журнал тех, кто сегодня заезжал сюда! И камеры тоже буду смотреть, но уже завтра! Это не закрытая территория, а проходной двор! А моя жена здесь?
- Нет, Анна Николаевна еще не приезжала. Уехала около шестнадцати часов, - чеканит охранник Дима.
Меня замкнуло. Сразу, моментально. По венам яд устремляется прямо в сердце.
Как она могла?! Как!
В том, что это подстава верится с трудом. Домой принесли чертов букет! Нарочно, чтобы я видел воочию, как мне наставляет рога моя тихая, верная Аня!
Я не помню, что делаю до ее прихода. Букет забираю в дом и просто его уничтожаю. Втаптываю в пол, ломаю, рву.
Тоже сделаю с ней и с любовником! Пусть только явится!
Прохожу в гостиную и баре ищу ром, который оставлял для особого случая.
- Похоже, этот день наступил, - с горьким сарказмом выходит моя боль и обида.
Не знаю, что говорить ей, не знаю, как себя вести.
Я с ней честен не был, но она хотя бы этого не знает.
А вот сам смогу ли простить?
Стук каблуков в прихожей оглушает меня, вырывает из забытья.
Прохожу в холл, ловлю ее за руку. Что-то говорю, а дальше - туман.
Я не бью ее, рука не поднимается ударить. Но алкоголь сделал свое: протащил по всему дому на заднице, руку вывихнул похоже, к стенке оттолкнул.
Опомнился, когда увидел, как она сидит на полу и плачет.
- Кирилл! А может ты сам неверен мне?! - кричит моя рыжая бестия и самая большая заноза в моем сердце.
- Читай, сука! Вслух читай! - ору басом так, что ее пробивает дрожью.
Аня давится слезами, захлебывается и читает пошлый текст.
- Нет, я не знаю… Я ни с кем кроме тебя! - шепчет, а я кулаки сжимаю.
- Врешь! С чего кому-то на тебя наговаривать?!
- А может это твои шлюхи решили тебя отбить! Меня подставили, Кирилл!
Ее голос срывается, ломается вместе со слезами.
Она встает с пола, поправляет юбку, которая треснула по шву, когда Аня на пол упала.
Подходит ко мне, впивается своими огромными глазищами и резко бьет мне в грудь.
- Мне сегодня прислали сообщение, что ты едва не трахнул свою бывшую! Это как понимать, Кирилл?! Объясни мне! - дрожащими губами выдает.
Бьет снова, я ловлю ее руку, а в голове стучит только одно: откуда она узнала?
Придумать такое на ходу просто нереально! И именно в день, когда я встретился с Леной в ресторане!
- С какой бывшей, Кирилл? Где ты бываешь вечерами? Я терплю это, молчу, не говорю тебе, не предъявляю, а ты повелся на какую-то бумажку в букете?!
Ее голос становится хриплым, она не просто плачет. Вся боль ее передается мне.
Я бросаюсь в прихожую, ищу ее сумку и тут же вижу пакет с тестами.
Вспоминаю о том, что сказала ей врач.
Если она беременна, то ребенка заберу, а Аня пусть топает к своему Новицкому или с кем она там спит!
Достаю из сумочки телефон, открываю последние сообщение и меня пронзает, как ножом, в спину.