Денис открыл рот, но Виктор продолжил:
— Если твой отец тебя плохо воспитал, это ещё не значит, что я буду это терпеть. Извинись. Прямо сейчас.
Денис побагровел.
— Дядя, я просто…
— Извинись, — жёстко повторил Виктор. — Иначе в следующий раз, когда придёшь ко мне за премией, я выдам тебе карманные деньги на мороженое и напомню, чтобы ты их не потратил сразу. Раз ведёшь себя как подросток — и обращаться с тобой буду соответственно.
Денис стоял красный, сжатый, как пружина. Несколько секунд он боролся с собой, потом сквозь зубы процедил, глядя куда-то в сторону:
— Прости, Лена… за грубость.
— Громче, — холодно потребовал Виктор.
— Я извиняюсь, — выдавил Денис уже громче.
— Теперь сядь подальше, чтобы я больше не чувствовал тебя за моей спиной.
Денис развернулся и быстро ушёл к своему столику, буквально кипя от злости. Виктор проводил его взглядом, потом посмотрел на меня. Жёсткость в его глазах медленно таяла.
— Извини, — уже гораздо мягче сказал он. — Иногда с ним по-другому нельзя.
Я кивнула, но аппетит у меня пропал. Денис всё-таки умудрился испортить момент. Я отодвинула тарелку и тихо сказала:
— Может, пойдём? Настроение уже не то.
Виктор внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять, насколько сильно меня задело произошедшее, потом кивнул.
— Хорошо. Я подвезу тебя до дома.
Он подозвал официанта, расплатился, и мы молча вышли из ресторана. Атмосфера между нами, которая только-только начала теплеть, снова была натянутой.
По дороге Виктор пытался вернуть лёгкий настрой, он включил тихую музыку, пару раз пошутил, рассказал забавную историю из своей молодости. Я улыбалась, кивала, даже смеялась. Постепенно напряжение во мне ослабло, я оттаивала. Но когда машина остановилась у моего дома, внутри снова что-то сжалось.
Виктор заглушил двигатель, повернулся ко мне, протянул руку и осторожно коснулся моей щеки.
— Лена… — сказал он мягко и наклонился, чтобы поцеловать.
Я инстинктивно отвернулась. Его губы коснулись моей скулы вместо губ. В машине повисла неловкая тишина.
Я сама не понимала, почему это сделала. Только что мне было хорошо с ним, я чувствовала тепло, интерес, даже желание… А теперь будто тело решило раньше головы: «не сейчас». Может, из-за Дениса, из-за того, что весь этот флирт начался как месть и теперь казался… нечистым. Может, просто случилось слишком много всего за один день.
— Что-то не так? — тихо спросил Виктор.
Я сглотнула. Слова Дениса до сих пор звенели в голове, и от них было противно.
— Не знаю, — честно ответила я.
Виктор помолчал, изучая моё лицо.
— Это из-за того, что сказал Денис? — спросил он спокойнее. — Перестань, я не верю, что ты стала бы флиртовать со мной, чтобы позлить его.
Я не ответила. Молчание вышло слишком красноречивым.
— Лена? — мягко, но настойчиво позвал он.
— Просто поначалу я разозлилась, когда увидела его, — призналась я тихо. — Но потом…
— Поначалу? — переспросил он.
— Нечестно так вырывать одно слово, — буркнула я.
— А использовать меня в роли реквизита, чтобы насолить племяннику — честно? — ответил он ровно, без злости, но с заметной горечью.
Я почувствовала, как щёки вспыхнули.
— Ты не реквизит.
— Тогда почему ты только что отвернулась?
Пауза затянулась.
— Слишком много всего случилось за один день. И… я правда запуталась, что было настоящим, а что — злостью на Дениса.
Виктор медленно убрал руку с моей щеки. Отвернулся и посмотрел вперёд через лобовое стекло. Несколько секунд тишина была почти невыносимой.
— Ты позвонишь мне? — наконец спросил он.
«А почему я вообще должна звонить первой?» — подумала я с внезапной обидой.
— Не знаю.
Виктор, кажется, прочитал это по моему лицу. Он коротко кивнул:
— Хорошо.
— Я пойду, пока. — Я отстегнула ремень.
— Пока.
Я вышла из машины и закрыла дверь. Виктор не тронулся с места, пока я не вошла в подъезд.
Я вошла в квартиру совершенно опустошённой. Даже свет включать не хотелось. Сбросила одежду прямо в коридоре, упала на кровать и долго лежала, глядя в потолок. В голове крутились обрывки сегодняшнего дня: поцелуй в холле, тёплый взгляд Виктора за ужином, его рука на моём колене… и потом этот разочарованный взгляд в машине.
Телефон лежал на тумбочке. Я то и дело поглядывала на него, глупо убеждая себя, что совершенно ничего не жду.
Около полуночи телефон завибрировал. Я уже лежала в кровати, но буквально подскочила и схватила его.