Втиснувшись в переполненный салон, я устроился у запотевшего окна. Пассажиры читали утренние газеты — кто-то «Таймс», кто-то «Дейли Ньюз». Парень в кожаной куртке слушал что-то через наушники своего плеера, негромко постукивая пальцами по колену в такт музыке. Видимо, неплохой альбом попался.
Паучьи способности продолжали развиваться — сила в десять раз превышала человеческую норму, рефлексы острые как бритва, а обостренные чувства улавливали каждый звук в радиусе нескольких кварталов. Жаль только, что способности к производству паутины и прилипанию к поверхностям пока не проявились.
Выйдя на нужной остановке возле газетного киоска, где продавец раскладывал свежие номера, я направился к школе. В витринах магазинов красовались афиши новых фильмов — «Форрест Гамп» и «Интервью с вампиром» особенно привлекали внимание прохожих.
У входа в школу меня поджидал знакомый гул голосов. Ребята обсуждали вчерашний матч «Никс» и новый альбом «Грин Дэй». Кто-то жаловался на домашку по алгебре, кто-то хвастался новыми кроссовками «Найк Эйр».
— Йо, Паркер! — послышался знакомый голос Флэша, который направлялся ко мне с широкой улыбкой. В руках у него была кассета с музыкой.
— Привет, Флэш. Готов к новому дню покорения футбольных вершин? — с усмешкой поинтересовался я. — Или тренер Кравчински уже передумал насчет моих консультаций?
— Да ты что, Пит! — радостно хлопнул меня по плечу Флэш. — Тренер вчера весь вечер расхваливал твою работу с командой. Говорит, парни стали играть как настоящая машина. Кстати, а ты «Зеленый день» слушаешь? — он помахал кассетой. — Только что «Дуки» купил, хочешь послушать на большой перемене?
— Конечно, — кивнул я, вспоминая, как недавно этот же парень называл меня ботаником и совал головой в школьные шкафчики. Удивительно, как все изменилось за эти восемь дней.
Мы вошли в школу, и тут же к нам присоединился Гарри. Младший Озборн выглядел слегка помятым — видимо, вчерашняя вечеринка в элитном клубе дала о себе знать.
— Утро, братишки, — зевнул он, поправляя рюкзак. — Питер, отец спрашивал о тебе вчера. Все интересуется, когда ты наконец согласишься поработать в «Озкорп». Говорит, что у тебя голова варит лучше, чем у половины его научного отдела.
— Передай Норману, что я польщен, но пока сосредоточен на учебе, — ответил я, направляясь к своему шкафчику. — К тому же у меня есть работа в лаборатории доктора Коннорса.
— Ах да, этот чудак с рептилиями, — махнул рукой Гарри. — Отец говорит, что Коннорс слишком увлекся регенеративной биологией. Мол, играет с огнем.
Эти слова заставили меня насторожиться. За последние дни работы в лаборатории я заметил, что доктор Коннорс становится все более одержимым своими экспериментами. Зеленая сыворотка, которую он тестировал на мышах, давала впечатляющие результаты, но и пугающие побочные эффекты.
— Кстати, — продолжил Гарри, доставая из шкафчика учебники, — на выходных у меня тематическая вечеринка. Родители уехали в Европу по делам, так что дом в нашем распоряжении. Приходи, будет весело.
Флэш заинтересованно поднял бровь:
— Какая вечеринка? Можно и меня пригласить? Обещаю не крушить мебель.
— Конечно, старик, — рассмеялся Гарри. — Чем больше народу, тем лучше. Только предупреждаю — дресс-код строгий. Тема «Голливуд золотых времен».
Прозвенел звонок на первый урок. Физика с мистером Уорреном — один из моих любимых предметов, особенно с учетом того, что я мог демонстрировать знания, которые официально должен был получить только через несколько лет.
— Ладно, мужики, побежали, — сказал я, захлопывая шкафчик. — А то Уоррен опять будет читать лекцию о пунктуальности.
Мы направились к кабинету физики, и я невольно подумал о том, как странно складывается моя двойная жизнь. Днем — обычный школьник с друзьями и домашними заданиями, а ночью...
После уроков я направился на футбольное поле, где команда уже разминалась под присмотром тренера Кравчински. Старый поляк кивнул мне с одобрением — за эти дни я успел заслужить его уважение своими нестандартными методами тренировок.